От этого поцелуя по коже побежали электрические разряды. В какой-то момент показалось, будто я чувствую его язык у себя между ног…
Ужаснулась собственным мыслям. А потом… мне надоело думать. Решила хоть на один вечер отключить голову, перестать беспокоиться, бояться, бороться. Позволить себе раствориться в его горячих руках. Я всхлипнула, поражаясь тому, как правильно и сладко ощущались его мягкие теплые губы.
– Ты можешь целовать меня столько, сколько захочешь и когда захочешь. Тебе ведь понравилось? – смотрел расширенными от желания зрачками. – И не только это… Ты примешь мое предложение?..
Я шумно сглотнула.
– …Я умею быть нежным…
Произнёс чуть хрипло, вновь перенося меня на несколько секунд назад в наш поцелуй. Он мог быть чертовски нежным, я знала наверняка…
– …Но чаще всего я бываю жестким. И нетерпимым. Буду вылизывать тебя, трахать членом и пальцами. Иногда одновременно. И целовать. Подолгу целовать… Ну так что, Кать? Как я тебе в качестве преподавателя?..
Отвела взгляд, чувствуя, как живот сводит от желания. Снова. Ну почему он? Почему только Измайлов так на меня действовал?!
– …Трусиха, – произнёс с нескрываемой досадой, когда мое молчание затянулось.
Я сделала шаг в сторону, но тяжелая рука удержала запястье.
– Алик… – уперла ладонь в его мощную грудь.
– Я не собираюсь трахать тебя здесь, Катюша, – столкнул нас лбами, пропуская между пальцами прядь моих волос. – Хоть и держусь из последних долбанных сил, – положил мою ладонь на теплый бугор под эластичной тканью брюк. – Ты неплохо меня выдрессировала, – он улыбнулся.
– Твои фанатки правы.
В глазах парня застыл немой вопрос.
– Ты действительно целуешься, как чертов Казанова.
– Чертов? Я не ослышался?! Первое ругательство из твоих уст… Однако «твою мышь» ему не переплюнуть.
Я смущенно рассмеялась.
– Прилипло от бабушки. Она была заслуженным учителем русского языка и литературы и не позволяла себе выражаться.
– Фанатки?! – вдруг повторил, когда моя улыбка рассеялась. Алихан задумчиво свел брови. – Вряд ли они в курсе, – замолчал с таким видом, будто взболтнул лишнего, а после отвернулся, направляясь в противоположную от меня сторону, но я намеревалась докопаться до истины.
– Уходишь?! – в груди все сжалось от досады и накатившего одиночества.
– У меня ещё есть дела. Если ты не заметила, я вроде как на работе.
– А если я согласна принять твоё предложение? – слова слетели раньше, чем я успела подумать.
Парень замер. От моего взора не укрылось, как натянулась рубашка на его широких плечах. Медленно развернувшись, Алихан принялся буравить меня мрачным взглядом из-под опущенных черных ресниц.
– Согласна?! – произнёс так тихо и вкрадчиво, что у меня перехватило дыхание.
– Ну, теоретически…
– Никакой теории.