Шаг за шагом я шла по темным аллеям парка, озираясь вокруг. Хотя фонари давали приличное освещение, невольно чувствовала себя подозрительно одетой в ночи. Поток нервного страха сковал мне ноги, и я торопилась добраться до безопасной точки — раскидистого клена по центру. Атмосфера парка наполнялась тревогой и неуверенностью, словно грезы из старой сказки о майоре и его хулиганке....
– Что за прикол вечно нарываться на неприятности?
– В этом мы с тобой удивительно похожи, да, Макар? Только ты эгоист! Ты же устраиваешь попойки, чтобы привлечь внимание папочки? Думаешь, сейчас все соседи скопом нажалуются в полицию, и тебя домой вернут? Так вот, у ментов приказ тебя не трогать! Так что время и нервы соседей ты тратишь совершенно напрасно! За что тебя туда сослали? За то, что тачку на гонках проиграл, или это тоже спецом было?
Лицо мажора удивленно вытянулась, а в глазах полыхнула ярость. Не на меня.
– Не считай меня полной идиоткой, ладно? Если я о чем-то не говорю, это не значит, что я не замечаю! И не забудь, что рядом с тобой есть люди, которые могут помочь. Если ты засунешь свое самолюбие подальше и попросишь о помощи!
Макар смотрел на меня со смесью удивления и недоверия. Нервно выдохнул и пробормотал:
– Тебе это зачем?
– Дед учил, что ближним надо помогать! – отрезала я, отводя взгляд.
– Только не говори, что я тебе нравлюсь!
Передернув плечами, я смерила Макара уничтожающим взглядом:
– Говорила же – самомнение зашкаливает! Кстати, это ты моим женихом назвался! Оговорочка по Фрейду?
– Я спасал твою прекрасную попу, Аня! Ты видела, как Нефедов реагирует на всех мужиков вокруг своей сестрички? И «парень» тут бы не прокатил, только высокие отношения и подготовка к свадьбе! В любом другом случае я – потенциальный ухажер его бесценной Яночки.
– Ужасно напрягает! Он точно ее родной брат? Может, сводный, и тайно влюблен? – предположила я.
– Единокровный. Но зачем так подставляться, объясни?
– Макар, если есть другая идея, то я слушаю!
– Приехать завтра? Нет?
– Каждый день мотаться будем? Да Гриша завтра же выяснит, чья я родственница, и не подпустит нас на пушечный выстрел! А как его еще на некоторое время изолировать? В кладовке закрыть, чтобы он, выбравшись, поехал за нами отношения с Серёней выяснять? А поговорят они с Яной когда?
– Может, просто не лезть в чужую жизнь?
– Серёня мне не чужой! И Яна уже не чужая, раз ее дядя любит, ясно? А она просила о помощи!
– Ты невыносимая!
– Ты тоже.
– Хорошо, когда все мужики в семье погоны носят, да? – язвительно поинтересовался Макар.
– Еще лучше, когда у кого-то в семье депутатская неприкосновенность, – не осталась я в долгу.
– Потом поговорим, – Макар взглядом указал на лестницу.
Я согласно кивнула и повернулась на звук шагов.
