Автор
— В ушах кипит вода, и свет словно игорь, пляша перед глазами яркими искорками. Голос воина звенел отдаленно, раздражаясь все больше, чем светлые лучи, которыми меня ослепили. Но его тонкий дыханье неожиданно выплеснуло в лицо порцию холодной воды — и кашель стал единственным ответом на это незнакомое вторжение....
Большая часть Халов была занята посевными работами, когда в поселении появился бродячий торговец. Ару, вызванный для перевода, не мог понять этого странного посетителя. На обмен у него были наконечники для стрел.
— Я не знать его слова, — пожаловался на русском Ару после пятнадцати минут мучений.
— Он говорит смерть, смерть.
Торговец был старым человеком — ему могло быть и пятьдесят, и на двадцать лет больше. Мне показалось странным, что он в первую очередь посетил домишки на отшибе. Уходя, торговец вернулся, вытащил и положил рядом со мной пять наконечников для стрел.
Ару сопроводил его в деревню, спустя время я забыл про него. Помня свое обещание, начал постройку второго дома впритык к первому. Была мысль сложить сруб, но бронзовых топоров во всем поселении было всего два, и после нескольких ударов по стволу дерева я распрощался с этой идеей.
Глава 23
Весна была в полном разгаре, когда, в очередной раз явившись, Тард проинформировал о приближающемся Большом Дне Обмена. Я чуть больше понимал язык Халов, мог даже общаться на бытовом уровне. Это в современном мире миллионы слов, а в те времена словарный запас был в тысячи раз короче. Главное знать с десяток глаголов и запоминать названия предметов. Предложения строились по типу «дай мне то», «иду на охоту», «меняю руку шкур на овцу».
После последней Большой Торговли, когда Тард принес ткани для Ады, я передал просьбу через Ару, что хочу сопроводить его на следующую «ярмарку». Лицо представителя сардов вытянулось, но отказаться от предложения Арта Ди он побоялся.
