В волшебном мире Алиса, словно звездочка в ночной тьме, находит себя между шкафовыми мешками и подружек-прыгацелюбками. Искренне стремясь выглядеть стильно — даже если это означает промахнуться пару минут позади schedule, — она отыскивает необходимое платье в полной несправедливости сказочного приключения....
Княжеский сын кивнул, принимая мои слова.
— Я прошу вас отпустить меня домой, — прижимая крепче к себе ребенка, с вызовом заявил он. Именно заявил, а не попросил.
Вот чуят все мои девять хвостов, что если скажу нет, все равно сделает по-своему. Только сбежит ночью, да ещё и гнать будет, как сумасшедший. Ребенка опасности подвергнет. Поэтому я просто улыбнулась, отпуская прошлое и всю ситуацию. Легко и светло, показывая, что я действительно не злюсь и не желаю зла своему шэсу.
— Один поедешь? — не стала скрывать интереса.
В ответ получила искреннюю улыбку, слегка расслабившегося мужчины.
— Я уже не один, эса Иссил.
Я оценила. Честно. И даже чуть улыбнулась. Не стоило забывать, чей сын хвостатым год отбегал. И тем не менее, это был не тот ответ, на который я рассчитывала. А уж вероятность того, что я вернусь в княжество лесных оборотней возросла в несколько раз.
— И ещё… — он запнулся, словно был не уверен, что стоит говорить. — Наверное, я должен вам это отдать. Нашел в последнем городе. Сейчас.
Он кинулся к нашим сумкам, достал какой-то листок и рванул назад, теряя весь свой княжеский лоск по дороге.
"Листок. Помятый и порванный с уголка. С проколами от клыков и разводами от лисьей слюны. Небольшой, размером с тетрадный лист. Но мое сердце пропустило удар, а после забилось с утроенной силой.
Там была я, такая, какую меня увидел художник своими глазами. Сонный и немного задумчивый взгляд, рассеянная улыбка на лице, лёгкое платье, в котором встречала ночью демона и которое я забыла при отъезде из столицы.
Руки задрожали, боясь потерять драгоценность. Я никогда о нем не забывала, но за целый год ни разу не нашла упоминание о художнике в странных шляпах. Ни единого следа Анджело. А Мейрик нашел. Да простит меня Маринка, но если он ее не заберет с собой, то я готова простить и не слать все кары небесные за один маленький клочок бумаги.
Поняла, что плачу, только когда перед глазами все размазалось.
— Ну хватит! — не выдержал Келеавин. Подошёл, забрал меня из объятий братьев-оборотней и требовательно поцеловал.
— Его там уже нет, — Мейрик покачал головой и упрямо добавил под злым взглядом демона: — Я бы почувствовал запах брата.
— Почувствовал бы, — выплюнул Кел. — Ты и запах его наверняка не помнишь. Хотел нас бросить, вот и иди… Собирай сумки.
Собирались мы в полном молчании, не отвлекаясь ни на что.
