В волшебном мире Алиса, словно звездочка в ночной тьме, находит себя между шкафовыми мешками и подружек-прыгацелюбками. Искренне стремясь выглядеть стильно — даже если это означает промахнуться пару минут позади schedule, — она отыскивает необходимое платье в полной несправедливости сказочного приключения....
Да ну их с поклонами! Хотят спину гнуть, их дело. — Меня зовут Алескэр. Я глава Больших дубков. Позвольте от всего села выразить вам нашу благодарность. Мы…
Он шагнул ближе и я тут же замахала руками, торопливо спускаясь.
— Ничего не говорите, — поспешно попросила я. — Лучше расскажите, где Люшия. Я бы хотела с ней встретиться. И буду рада, если найдёте что перекусить.
— Ох, вы простите старика, эса Иссил, — засуетился мужчина, у которого даже седых волос не было. — Мы вас раньше ждали, но будить не посмели.
Он махнул одному из охранников и тот рванул куда-то за дом. Второй уже успел откуда-то достать покрывало и постелить на мягкую травку. Я только моргать и успевала, как быстро засуетились вокруг мужчины.
— Вы присаживайтесь, эса Иссил. Не побрезгуйте. Мы хоть село маленькое, но я за своими смотрю, ух смотрю. Люшия ни разу за тридцать лет слова плохого не сказала. А земля сухая уже, хоть и дождь утром глаз радовал. Представляете, — Алескэр гулко сглотнул, — впервые за последние восемь лет пошёл.
— А вы значит каждый год Люшию сопровождали? — попыталась вычленить главное.
— Конечно, — важно кивнул мужчина. — Каждый год выбора Великого духа ждали.
А он взял и такую подлянку спустя тридцать лет подсунул. Я, конечно, жить хочу, но теперь сто раз сначала все обдумаю, а потом расслаблюсь с кем-нибудь. Наверное.
— И где сейчас она? — спросила непринуждённо. Все же, когда не отвечают сразу, значит, есть что скрывать.
— Она… — Алескэр отвёл взгляд. — Точно. Люшия же вам вещи передала, — и решительно сунул мне в руки свою стопку.
Не такая и внушительная она оказалась. Просто книга была толстой. А так связка ключей, знакомые балахоны, которые оказались изнутри расшиты какими-то символами, да кошелёк с золотыми монетами и камушками. И вряд ли бывшая эса носила с собой стекляшки.
— Остальные вещи ещё по приезду в Большие дубки раздала, лошадей своих на волю отпустила. Непростые они у неё были.
