В волшебном мире Алиса, словно звездочка в ночной тьме, находит себя между шкафовыми мешками и подружек-прыгацелюбками. Искренне стремясь выглядеть стильно — даже если это означает промахнуться пару минут позади schedule, — она отыскивает необходимое платье в полной несправедливости сказочного приключения....
— Ну уж нет! — вспылила подруга, вскакивая на ноги. — Я дяде Толе и тебе Наташе на могилах обещала, что выдам тебя замуж! Значит, выдам. Даже если муж твой будет ночью шерстью обрастать и на луну выть.
— Лисы не воют.
— Неважно. Просто внесём коррективы в план. Будет спасать и захватывать мир. Я столько книжек про попаданок читала. Да мы им тут такую железную дорогу построим!
— Марин, — застонала я, представив, какая подстава может ожидать оборотней, если кипучую энергию подруги вовремя не остановить. — Никакого захвата и поездов.
— Свадьба так свадьба, — подозрительно быстро согласилась Маринка. — Главное, чтобы твоя, а не как обычно.
Несмотря на все попытки Алескэра поскорее выполнить клятву и выпроводить меня в сторону города, в Больших дубках мы задержались. Я читала книгу, в которой жизнь бывших эса Иссил перемешивалась с проводимыми ритуалами, а Маринка готовила нас к Большому путешествию. Именно так, с большой буквы. Потому что найти шэсов мне было жизненно необходимо.
"Шэсом мог стать любой. Не имело значения мужчина это или женщина, ребёнок или взрослый. Лисий хвост выбирал родственную душу. Вернее, девять душ. А уж кем в итоге становился каждый их шэсов, решала только эса Иссил. У одной из бывших вместилищ Великого духа вообще было шесть мужей, одна подруга и два вроде как названых брата. У другой два мужа и семь сестер. Важно было то, что хвост выбрал шэса и никуда от этого не деться.
Вообще, главным было дать выход накопленной магии и энергии. Но как сделать это максимально расслабившись и не зацикливаясь на самой энергии, иначе эта мерзавка не желала покидать тело, установлено не было. Зато опытным путем было доказано, что хороший трах отключает мозг и расслабляет. Ненадолго, но даже секунды хватало, чтобы выплеснуть лишнее, пока сладкие судороги охватывают тело.
