Я утром вместе с подружкой купили рассаду цветов для озеленения приусадебного участка. Юлька смотрела на проект с серьезностью, я же просто рада была помочь. Нас ждало необыкновенно красивое место — дом подруги находился совсем рядом с лесопарком, где было озерко. Я хотела утоптить участок и прогуляться перед работой....
Этого «немного» хватило заплатить хозяйке за угол на три ночи и отбить телеграммы дорогим родственникам с просьбой оказать посильную помощь. Проще было бы позвонить, но объясняться с дорогими и близкими не хотелось. Телеграмма, с моей точки зрения, куда действеннее заполошного звонка. Мобильного у меня нет, так что либо гражданам придется выслать деньги, либо мучиться неизвестностью, лелея надежду когда-нибудь меня увидеть. Счастье, что я встретила добрейшую женщину – мою хозяйку. Кто бы еще пригрел девицу с придурью, зато без чемодана и паспорта? Идти к Валерику совсем не хочется.
– Привет, – радостно говорю я."
"Он поворачивает голову. Вид моей красной майки и шорт, на скорую руку смастаченных из старых джинсов, не производит должного впечатления. Ясное дело: о Черкизовском рынке парень никогда не слышал, а если и слышал, то вряд ли ему придет охота совершить туда паломничество.
– Мы что, знакомы? – без улыбки спрашивает мужчина.
На моей физиономии улыбка в тридцать два карата.
– Не-а, просто мы из одного города, если эта машина ваша.
– Вот оно что, – говорит он, но как-то неохотно.
Я продолжаю сиять, как электрическая лампочка, и выкладываю свой козырь:
– Меня Фенькой зовут.
– Это что, кличка?
– Почему? Это имя.
– Серьезно?
«Ты хоть улыбаться-то умеешь?» – с тоской думаю я, однако другого «обеда» поблизости не видно, и я продолжаю сиять.
– В детстве книжку про Феньку читали? Она еще керосин пила?
Через тридцать секунд он отвечает:
– Точно, и гвозди ела, – и улыбается.
