Автор
Внутри кабинета секретарши уже давно присутствует таинственный свет фонарей и неловкий шепоток, но в этот раз она наделена новым атрибутом — снегурочкой. Осмотревшись, каждый шаг становится опасным; никто не знает, кто окружает ее налаженную жизнь. Пустая горсть блесток на полу выдает присутствие незваного гостя в новогоднем угаре, затмившем корпоративное веселье....
- Да, Машенька?
Он склонился над ней - большой, сильный, внимательный. И Маша чувствовала - папа Костя защитит их с мамой от всего на свете!
- А давайте сфоткаемся? Все вместе!
На его лице расцвела улыбка. И Маша в этот момент твердо уверовала: он сделает для нее все, что угодно. Как самый настоящий папа!
- Конечно, давай.
Папа Костя достал из кармана свой телефон и Маша возликовала, когда он и мама с двух сторон обняли ее. Хотя мама при этом почему-то выглядела очень смущенной. Ну совсем как сама Маша в тот раз, когда нечаянно взяла чужую игрушку.
- Готово!
Папа Костя протянул ей телефон с фотографией и сердечко у Маши в груди радостно затрепетало. Позже она попросит папу распечатать эту фотографию и покажет ее в садике всем-всем-всем!
- Кушать хочешь? - поинтересовался у нее заботливо папа Костя и Маша, словно пойманная с поличным, отрицательно помотала головой.
- Нет! Но Петенька хочет.
- Что ж, пойдем его накормим, - совершенно серьезно предложил папа."
"Он отвел их в один из волшебных цветных домиков и Маша, совершенно забыв о том, что якобы не голодна, слопала там целых пять блинчиков! Но никто этого, кажется, вовсе и не заметил.
- Идем гулять дальше? - спросил папа Костя, когда Маша проглотила последний кусочек.
- Да! Я хочу кататься!
- Значит, будем кататься, - решительно заявил папа.
Но мама с ним, похоже, была совершенно не согласна. Ну, прямо как всегда!
- Хочу сюда, - объявила Маша, потянув маму и папу к огромной горке, над которой возвышались три головы Змея Горыныча.
- Это небезопасно, - тут же нахмурилась мама.
- Но другие же катаются! - возмутилась Маша. - Почему им можно, а мне нельзя?
- Вот другие пусть себе шею и ломают, - строго сказала мама. - А мне моя дочь нужна живой и здоровой!
Надувшись, Маша повернулась лицом к папе Косте, надеясь, что уж он-то ей точно разрешит! Но тот только покачал головой.
- Мама права, Машенька. Тебе еще рано на такие горки. Сюда пускают детей с семи лет, а тебе пока только шесть.
Он постучал пальцем по табличке, на которой было сказано то же самое, что озвучил папа Костя.
Маша с досадой вздохнула, но тут же оживилась, когда в голову ей пришла мысль…
- А ты ведь привезешь нас сюда снова, когда мне уже будет можно?
Маша надеялась, что папа скажет ей «да».
