— И-й-й-я! — проорал дюжий возница, привстал на козлах и, красуясь перед нами, оглушительно щелкнул длинным кнутом. Мог не стараться. Мокрые от пота кони и так тянули изо всех сил. Видимо, не первый раз шли по маршруту и знали, что отдых близко.
— Так говоришь, Никола, ты из Снопов? — переспросил Сивый, выходя обратно на дорогу и возобновляя разговор, прерванный рейсовым дилижансом.
— Из них. Аккурат на берегу Сватьи хата наша стоит. С порога брод видать. Выйдешь ночью во двор, а зори так и плещутся.
— Гм… — поскреб тот задумчиво подбородок. — Складно говоришь… Бывал я в тех местах. И через брод хаживал. Одно только не сходится… Кольчужка у тебя чересчур добрая, мил человек. Да и меч — не крестьянский тесак. Что скажешь?
— Вот те раз, — развел я руками. — Ты спросил, откуда родом буду. Я ответил. В чем подвох? Я же не божился, что еще вчера за сохой ходил.
— Верно, — покрутил охранник головой. — И все равно. Странный ты… Как угорь скользкий. Вроде и не противишься, а не ухватить.
— А ты не шибко руки-то распускай. Девка я тебе, что ли, чтоб лапать? — пожал плечами и сплюнул. — Я ведь и сам могу ухватить кого хош. Да так, что не обрадуется.
