Автор
Весной тысячи девятис царь объявил о войне Японии. В рядах сапсанской армии пять лет проработал молодой воин. В девяностых годах он сменил много профессий, в том числе и юридическую. Активно занимается литературой с 2008 года. Теперь — новый этап: И один в тайге воин.
Похоже, «И один в тайге воин» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Только и получилось, что разошлись краями, когда открытым текстом пообещал: не оставят его в покое, лично начну их отстреливать из снайперки.
– Дед, это правда? – глухо спросил растерянный Григорий.
– А когда я тебе врал? – грозно уточнил старик. – Так что, девочка, договорились? – снова повернулся он к Дарье. – Могу родню на свадьбу собирать?
– Дед, ну не гони лошадей, – чуть не взвыл Григорий. – Дай нам самим разобраться.
– Да уж вы наразбираетесь, – фыркнул старик. – А вообще, что тебе не нравится? Красивая, сильная баба.
– Ну не решаются такие дела таким образом, – снова занудил Гриша. – Сейчас ведь не начало века, когда родители сговорились, а детям только поклониться осталось. В конце концов, мы взрослые люди, офицеры, и можем сами свою судьбу решить.
– Образом, – проворчал граф, остывая. – И не образом, а канделябром. Я от тебя правнуков увидеть хочу. Не понимаешь? – спросил старик, заметив недоумённый взгляд внука.
– Да у тебя тех правнуков – рота спецназа нервно в сторонке курит. Стая малолетних головорезов, – бледно усмехнулся Григорий. – Их же уже сейчас запросто можно на ту сторону отправлять. Через неделю всё приграничье вымрет. Выучил.
– Что-то я не пойму, что тебя не устраивает, – буркнул граф, лукаво подмигивая Дарье. – То, что я тебя женить хочу, или то, что я своих детей учу тому, чему ни в одной армии не научат? Ты уж определись.
– Теперь я понимаю, почему с тобой никто спорить не рискует, – проворчал Гриша, сдаваясь. – Ты же любого можешь ниже плинтуса опустить. И не только морально, но и физически."
"– Дать бы тебе по шее, да вставать лень, – фыркнул граф. – Дарья, считай, что моё благословение ты получила. И чем быстрее этого жеребца в стойло поставишь, тем тебе лучше.
– Я постараюсь, – проворчала девушка, краснея.
– А ты не старайся. Ты делай. И помни, ночная кукушка завсегда дневную перекукует.
– Дед!
– Всё, замолкни. Идите отдыхать. Комнаты вам уже приготовлены. И учтите, завтра вся семья подъедет. Так что из дома ни ногой, – заявил граф, махнув на них рукой.
– Ой, мама! – охнул Григорий, хватаясь за голову.
Они вышли в коридор, и Дарья, взяв его под руку, тихо спросила, осторожно поглядывая на дверь кабинета:
– Ты чего вдруг взвыл? Это же родственники твои.
