Новые друзья Ишары выскакивают из капсулы. Вдали виднеется безопасная платформа, на которой она надолго решила отправиться в мир синей ночи и звёздного неба. Здесь будет место для расслабления и мечтаний о тихой, живописной жизни среди космических просторов.
— Чё всем дают?"
"— Вы сперва выслугу лет заработайте, потом должны ещё гражданином Вавилона стать. У вас же только вид на жительство, не понравитесь ротному, поедете обратно в Гранитный или откуда вы там прибыли, замкадыши противные. У нас здесь общество цивильное. Так вот встал я как-то по утру и решил проплыть немного. До буйков и назад, как раз за это время служанка накроет завтрак, кофе там, круассаны. Всем гражданам Вавилона Горец спонсирует на кофе с булочкой по утру. Иначе у нас несварение может начаться…
— Служанка? — сглотнул слюну второй.
— А что тебя так беспокоит? Да, служанка. У меня уже пять лет безупречной службы на границе Вавилона. Я ветеран, ёпта! Да я орду видел! Со стены. Конечно, мне положена служанка, и не какая-нибудь, а молодая и красивая. И сисястая! Она там мне всё делала, что захочу. Скажу лежать, лежит. Скажу стоять, стоит, — сторожил небрежно точил ногти пилкой.
— Как это? — теперь уже у обоих слушателей текла слюна. — Неужели ты её…?
— Как, как. Раком! Да они специально Камасутру изучают, там столько поз за полгода не перепробовать! Так вот плыву я значит брасом и вижу из моря поднимается остров! Остановился, присмотрелся, ну реально остров.
— Самому Горцу? — первый слушатель уже был на грани обморока.
— Ну а фигли. Я же ветеран, он мне сам свою визитку пихал, когда награждал орденом.
— А чудище?
— Что? Ах, это, — махнул рукой Термос. — Я его отогнал уже к тому времени, он и уплыл.
— Брешешь, — широко улыбнулся первый слушатель.
— Ни капли! Я ещё как-то раз один колонну внешников разогнал один! Мне за это капрала дали!
— Ну ты… даёшь! — восхитился второй.
— Давать тебе… — Термос смерил его презрительным взглядом и продолжил, — топтун будет. Я не вру! Они мне в как-то Пекле повстречались…
В этот момент на улице кто-то испуганно вскрикнул и дверь в караулку распахнулась. На пороге застыл взъерошенный постовой с дикими блуждающими глазами и заорал.
