Автор
Надвигается ночь, а я уже чувствую запах гнили. Каждый шорох под ногами становится знакомым зовом — предвестник нового приключений в мире, где границы между реальностью и сном размыты. Внутри купе тихо дышит проводница, а я — зараженная её меланхолией, но готова на всё ради неизведанных откровений....
Он растерзает…
* * *Лиана
— Дыши, слышишь? Дыши! — требует Зверь сквозь марево, но я не могу.
Его грудная клетка раздувается он мощного вдоха, и поймав мои губы, он выдыхает живительный кислород в меня. Воздуха так много, что он просачивается через нос, но в легкие тоже попадает. Они расправляются, обруч, сжимающий их, лопается. Потихоньку глотаю воздух сама.
— Дыши, — тихо повторяет он, все еще держа, не отпуская меня.
Едва осознав это, начинаю сопротивляться с новой силой.
— Отпусти меня, урод! Убери свои руки! Ненавижу тебя!
На моих губах горит его прикосновение.
— Успокойся, — уговаривает, — и я отпущу. Ты не в себе. У тебя истерика.
— Отпусти! Мне противны твои мерзкие прикосновения! — бьюсь, как рыба об лед, как птица, застрявшая в силках живодера.
Но вот, мне удается высвободить руку и я без промедления залепливаю ему пощечину.
Он не оставит это так. Не спустит мне с рук. По его лицу вижу, что он в бешенстве. Желваки на его скулах застыли и сам он, словно побледнел. Сейчас ударит. Изломает всю. Как стебель цветка растерзает, чтобы кровь-сок сочилась из каждой раны… А потом силой возьмет, не сопротивляющуюся!
И будто в подтверждение моих мыслей зверь снимает пиджак.
Мне же все-таки приходится разорвать наш зрительный поединок. Обнажилась его мощная грудная клетка, поросшая темными густыми волосками. Раскаченные мускулы бугрятся, перекатываются под смуглой, бронзовой кожей.
Что же он делает?! Зачем разоблачается? Я в ужасе! Он хочет меня. Неужели вновь возьмет против воли?
Забившись в дальний угол, смотрю как его руки расстегивают пряжку ремня. Нет… кошмар повторяется. Я не вынесу!
Зверь медленно вытягивает ремень из петель.
