Мужчины русалы заметно отличались от своих спутниц большими размерами и более приглушенными расцветками волос и хвоста. Перед нами, словно из ниоткуда вырос весьма ажурный дворец. Я даже испугался, что он в любой момент может обрушиться, так как совсем не понятно за счет чего он вообще держится, со всеми этим переплетениями. Перед входом стояли такие же охранники с трезубцами, как и сопровождающие русалок. А прямо над ним, на дельфинах плавали русалы, но горазда крупнее виданных до этого нами и со странными наростами на шее и голове.
— Тритоны, элитные воины моего отца, — пояснила русалка, нашим заинтересованно задранным к верху головам.
Пока глазел вокруг, неудосужился увидеть, что впереди. А когда увидел, то появилось желание провалиться сквозь землю, от прищуренных внимательных глаз, смотревших на меня прекрасного гиганта, восседающего на троне. Все хана, это Владыка моря, однозначно. Если сможет припомнить нам еще, и серен с теми спрутам, то все, мы трупы. Вот блин, как вляпываюсь, так по самые уши. Черт!
— Хорош, — выдыхаю я, смотря на красавца Владыку. Перехватив взгляд Зерана, спешу добавить, — я о троне.
Огромная украшенная жемчугом раскрытая ракушка, являющаяся троном и с сидящим на нем прекрасно сложенный, золотоволосый и голубоглазый мужчина. С двух сторон его охраняют величественные тритоны, с гребнями на голове и чуть поменьше на шее, с короткими темно-зелеными волосами и бесцветными глазами с узким черным вертикальным зрачком. Возникает жуткое чувство пустоты, когда смотришь в их глаза.
— Вы спасли мою любимую дочь, — прогрохотал Владыка, непроизвольно вызвав желание присесть и зажать уши. Я с трудом сдержался, а вот дети так и сделали. Заметив подобное, он виновато улыбнулся.
— Я извиняюсь смертные. Забыл, что не можете вы выносить моего полного голоса. — Если это у него называется говорить, то, как он тогда кричит. Ужас. Спасибо, конечно, что стал говорить потише, стало легче.
— Просите все, что захотите, я исполню любое ваше желание. Жизнь моей дочери бесценна.
— Владыка, — начал, было, я, но он меня перебил.
— Нет, сейчас не говорите свою просьбу. Подумайте, пока мы будем обедать. Я приглашаю вас за наш семейный стол.
И не откажешься, только я очень сомневаюсь, что на столе будет хоть что-то съедобное для нас. Я уже по городу Фонтанов понял, что они уникальные существа.
Если это называется тихий семейный обед, тогда что такое пир в их понимании?! За длиннющим столом разместилось с пол сотни родственников, всевозможных окрасов, даже в глазах зарябило. Нашим детям происходящее, по-моему, очень нравилось, так как с тех пор как покинули пещеру, рот от удивления у них просто не закрывается. А. ладно, зато впечатлений будет море.