– Но пришел день – и встретил. А встретив, влюбился, как мальчишка. Сейчас скучаю, сил нет, хотя знакомы-то с ней всего несколько дней!
– Это судьба!
– Наверное! И у тебя все сложится. Уверен.
– Ладно! Двинулись, что ли? Неспокойно на душе. Доберемся до канав, многое будет решено. А сейчас неизвестность выводит меня из себя!"
"– Успокойся, Ринат! Все будет нормально. Но ты прав, надо пройти эти десять метров до канав.
Он повернулся к Шунко:
– Ну, что, Вова, идти сможешь?
– Идти нет, а вот прыгать на одной ноге, еще какое-то время попрыгаю!
– Ну и добро. Встали, пошли, используя прежний порядок марша.
Спецназовцы поднялись, сделали несколько шагов и оказались вне «мертвой» для боевиков зоны.
И тут же прогремели выстрелы с перевала.
Первым пришел в себя Тимохин. Он ощупал тело, увидел, что пули душманов всего лишь зацепили его, даже не ранив, если не считать за раны царапины на голени и рваный рубец на плече. Почему? Стрелок попался никудышный? Но таковых Чарани при себе не держал. Значит… значит, духи специально били не на поражение, а чтобы ранить. Александр взглянул на Шунко. Тот закрыл глаза, скривившись от боли. Александр спросил:
– Вова, что с тобой?
Шунко нашел в себе силы ответить:
– Одна пуля попала в спину. Били в сердце и… в голову. Вторая клок волос вырвала да шкуру ободрала.
– Ранение в спину сквозное?
– Сквозное, да ты сам посмотри, и спереди и сзади кровь. Спета моя песня, Саня. Мне уже не подняться. Добил-таки снайпер.
– Ты глупости не говори. Где второй пакет? Я перевяжу тебя!
– Не шевелись! Иначе духи и тебя дострелят.
Сзади раздалась ругань Мураметзянова:
– Шакалы! Ноги перебили. Обе! Специально по мослам стреляли.
Александр воскликнул:
– Жив?
– Жив, а толку? Передвигаться только на локтях могу. И далеко не проползу. Что с Володей?
– В него стреляли на поражение. Нас же специально, чтобы ранить.
– Чтобы накрыть и помощь, что вышлет Крымов?
– Да!
– И они, кажется, добьются цели. Из балки, по-моему, кто-то выполз. Останови их, Саня! Останови!
– Подтянись к Шунко, окажи и себе, и ему помощь. Санитарный пакет я выложил. Вову надо срочно перевязать. Я помогу после связи с Крымовым.
– Давай! Сделаю, что смогу.
Тимохин вызвал командира сводной группы спецназа:
– Первый!
Крымов воскликнул:
– Жив, Саня?
– Жив! Более того, почти не пострадал, а вот в Шунко еще пулю влепили. На этот раз в область сердца. Ранение сквозное, но серьезное.
– Понял! Высылаю к тебе пятерых ребят. Они помогут вам.
Тимохин крикнул в рацию:
– Не делай этого. Именно выхода группы оказания помощи и ждут духи, чтобы накрыть всех нас скопом. В этом расчет ублюдка Чарани. Поэтому нас с Мураметзяновым пытались только подстрелить, хотя вполне могли завалить. Что могут сделать и сейчас.