Вечером в середине девяностых. Видневский, среда, 18 мая. Средний город России. Усталый бармен кафе "Фергана" Славик прислушивается к последним клиентам и выдохновляется, прежде чем заняться домашней работой. В этот момент мир кажется особенно тихим и спокойным перед началом новой недели....
Врачу сейчас как никогда нужны деньги, так?
Адвокат кивнул:
– Так!
– Воспользуемся этим. Ты должен попросить Шнурко продать тебе сильнодействующее и долгоиграющее снотворное, либо любой другой препарат. На три-четыре инъекции. Но чтобы после инъекций человек гарантированно отрубался как минимум часов на десять, а потом долго не мог прийти в себя.
– А если у него не будет такого препарата?
– Тогда помашешь перед его мордой стодолларовыми купюрами и уйдешь!
– Где ж я возьму купюры?
Тимохин достал доллары:
– Вот они, три тысячи баксов!
– Три тысячи? Не много ли, за какие-то ампулы?
– Это не тебе решать.
– Понял!
– С препаратом или без него возвращаешься в машину, что припаркуем, не доезжая до дома проживания врача. Не удивляйся, если не застанешь меня в машине. Жди, я подойду!
– Хорошо!
– Постарайся, Эдик, достать препараты!
– Но…
– Все! Я сказал, постарайся, значит, постарайся! Долго еще ехать?
– Нет, его дом за вторым светофором!
– Тогда, как проедешь первый перекресток, паркуй машину! – приказал Тимохин.
Адвокат промолчал и за первым светофором остановил машину напротив парикмахерской.
Тимохин приказал:
– Ступай к врачу!
Харчинский вышел из машины и направился в сторону второго перекрестка. Выждав несколько секунд, за ним пошел и Тимохин. Адвокат шел не оборачиваясь. Свернул за угол, перешел дорогу, вошел во двор.
Из глубины квартиры донесся недовольный голос:
– Ну кого еще там принесло? Сейчас иду!
Тимохин достал бесшумный пистолет.
