Вечером в середине девяностых. Видневский, среда, 18 мая. Средний город России. Усталый бармен кафе "Фергана" Славик прислушивается к последним клиентам и выдохновляется, прежде чем заняться домашней работой. В этот момент мир кажется особенно тихим и спокойным перед началом новой недели....
Пошли, ферганец!
Александр вышел из камеры вместе с бывшим командиром боевой группы, с которым прошел в Афганистане «и огонь и воду». Без «медных труб», что трубили больше во славу других.
Вышли из РОВД.
У входа в Отдел их ждала та самая машина, что ранее стояла у парка.
Присев на заднее сиденье и немного придя в себя, Тимохин спросил:
– Крым! Что, черт возьми, происходит? Что за сценарий должен отыграть прокурор и как ты вообще оказался в городе? Я ни хрена не понимаю. Объясни!
Подполковник повернулся к бывшему подчиненному:
– Ты задал три вопроса, я же отвечу тебе на один.
– Еще бы! Слушай, Крым, а как же моя семья?
– Нормально! Пришлось, конечно, Татьяне изрядно поволноваться, но ее вовремя успокоили.
Александр удивился:
– В Чадове? А при чем в нашем деле бригада спецназа ГРУ?"
"– Совершенно ни при чем. Просто там нас ждет вертолет, на котором по твоей, Саня, милости, я вынужден был сломя голову лететь сюда, дабы до утра отмазать твою персону. И еще, Саша! Пока будем лететь, подумай над отчетом о своих действиях против банды Мирзы Левоева. Ты же знаешь, Феофанов обязательно затребует его.
– Так вы и о Мирзе знаете?
– Знаем. И знали. Вот только вычислить тебя и остановить не смогли. Слишком уж резво ты взял со старта. Но…. Об этом будешь говорить с начальством. Много интересного узнаешь.
Тимохин потер лоб:
– Крым! А Татьяна знает, что это я кончил Мирзу?
– Знает! Не хотел говорить, но пришлось. Иначе ни она, ни Антонина Сергеевна и слышать об отъезде не желали. Так что извини!
– Дай закурить.
