Вечером в середине девяностых. Видневский, среда, 18 мая. Средний город России. Усталый бармен кафе "Фергана" Славик прислушивается к последним клиентам и выдохновляется, прежде чем заняться домашней работой. В этот момент мир кажется особенно тихим и спокойным перед началом новой недели....
– Используя проулки, можно быстро уйти из района?
– Можно! Выйдя за аптекой на улицу Стоговую, а с нее на объездную дамбу. Десять минут, и центр. При спокойной езде.
– Ладно. Я посмотрю карту города. Ты не сказал, кто родители подруги дочери Тимохина, и не обозначил круг знакомств матери коммерсанта.
– Отец Надежды работает грузчиком на 3-й базе, мать – санитаркой в кардиологическом центре, хотя семья интеллигентная, и раньше предки этой девки работали врачами. Мать же Тимохина если и поддерживает с кем отношения, то по телефону.
Главарь сел в кресло:
– У тебя все, Хромой?
– Да! О разговорах с дворником и бомжем, что нашел себе приют в подвале интересующего нас дома, я уже говорил.
– Хоп. Теперь очередь Багра. Что скажешь ты, Багор?
Второй помощник, развалившись в кресле, доложил:
– Мои ребята во главе с Рудиком неделю отирались в кафе. Ничего особенного не заметили. Забегаловка как забегаловка. Менты там не пасутся. Всем рулит Тимохин. Одно отметил Рудик, хозяин «Ферганы» очень нервно воспринял интерес к его жене. Рудик отпустил ей пару комплиментов, когда она ушла с работы, так Тимохин чуть не взорвался, мол, на хрена обсуждать его Татьяну.
– Своих парней убрал из кафе?
– Убрал, как ты велел. Вчера.
– Они ничего не говорили о том, знаком ли Тимохин с бомжем? Не общался ли с ним?
– Да хрена он кому нужен, этот бомж? Не говорили.
