Вечером в середине девяностых. Видневский, среда, 18 мая. Средний город России. Усталый бармен кафе "Фергана" Славик прислушивается к последним клиентам и выдохновляется, прежде чем заняться домашней работой. В этот момент мир кажется особенно тихим и спокойным перед началом новой недели....
Даже о том, если кто-то из семейки выйдет вынести мусор. Ты понял меня, Багор?
– Понял! Но если пост общего наблюдения будет сменным, то как я один смогу все время пасти майора?
– А тебе и не надо постоянно находиться у дома Тимохина. Как только он выйдет из хаты, тебе об этом сообщат твои наблюдатели. Вот тогда и включишься в дело, тем более живешь недалеко от отставника.
Багров кивнул:
– Ясно! Один вопрос! А чем будет заниматься Хромой?
– Он засветился перед майором, поэтому использовать его в качестве контролера мы не можем.
– Хоп, Мирза, я все понял!
– А понял, иди, надеюсь, ты не распустил свою бригаду?
– Нет. Все во дворе!
– Им находиться в гостевом доме и в готовности к действиям. Пусть предупредят родных, хотя… до утра отпусти их по домам.
– Я все понял!
Багров покинул кабинет.
Мирза вызвал секретаршу.
Та вошла с опаской, глядя на любовника. Она испытала на себе последствия взрывов ярости главаря бандитов и не хотела бы вновь стать средством для снятия стресса у Левоева.
Он взглянул на секретаршу:
– Подойди к бару, поставь на столик бутылку сухого вина и бокалы!
– Хорошо!
Девица выдавила из себя улыбку:
– Немножко развлечемся?
– Развлечемся. Но меньше говори, больше делай.
Ожидая выполнения требования, Левоев присел в кресло.
Дина выставила на стол вино и бокалы.
Вино в бокалы бандит налил сам, наполнив их до краев.
– Чего стоишь? Пей!
Дина выпила вино. После чего Левоев приказал:
– Раздевайся! Догола!
Любовница, понимая, что подвергнется насилию, продолжая улыбаться, попыталась избежать дикой случки:
– Дорогой, может, не сейчас?! Вечером! Поедем ко мне! А там…
Левоев рявкнул:
– Я сказал, раздевайся! Что тебе не понятно? Или мне помочь тебе?
– Нет, нет, не надо. Я сама.
Секретарша сбросила юбку, трусики, майку.
Он также поднялся, обнажился, бросив одежду в кресло. Подошел к Дине и схватил за высокие упругие груди. Сжал их так, что посинели соски. Дина вскрикнула.
Левоев резко рванул за груди вниз, заставив любовницу пасть на колени.
Позже, выпроваживая секретаршу, он заявил:
– Завтра с утра чтобы явилась в полном порядке и строгом костюме. Можешь даже очки для форсу надеть.
