Автор
В зимние дни, когда солнце казалось холоднее вечности, один мужчина оставлял свой след в морозной земле. Его редкие движения были лишь легким дыханием в кристально чистом воздухе, искривляемым холодом. Этот человек оставил последний клубок черноты, словно окаменелый символ выживания в безжизненной зимней тиши, перед тем как сдаться вечности....
– Ты же как глист – будешь свербить, пока на тебя внимание не обратят.
– Привет, – открыл я дверь и сразу отошёл назад, впуская мужиков в квартиру.
– Ты спал, что ли? – спросил Андрей.
– Да, – махнул я неопределенно в сторону комнаты. – Задремал немного.
– Ну, раз проснулся, то собирайся. Идём в спорт-бар, – вещал Генка, уже сидящий на корточках и гладящий пса, который забыл, что он здесь для того, чтобы охранять жилье от чужаков, а не падать перед ними пузом кверху."
"– Я, вообще-то… – начал я, но был перебит неумной Генкой.
– Ничего не знаю! – встал он резко и поочередно ткнул пальцем в нас с Андреем. – Я хрен знает сколько ждал этого дня. Прошлое воскресенье провел весь день с малым, пока жена ходила в свои спа-сра. Я зря, что ли, дерьмо малого из-под своих ногтей вымывал?! Я специально ради нас выслуживал сегодняшнюю вылазку в спорт-бар, чтобы расслабиться хотя бы в конце года и получить от жены обещание, что она не будет меня пилить, если я ввалюсь домой поздно вечером и бухой. Столик уже зарезервирован, моя печень готова принять ударную волну пива.
– Ровно так же он плакал на пороге моей квартиры, – безнадежно выдохнул Андрей. – Так что собирайся, Паша. Порадуем нашего маленького.
Сонно прочесал затылок. На языке вертелся однозначный отказ.
– Я после этого целый год вас доставать не буду. Пожалуйста, мужики! – взмолился Гена, глядя в мои глаза не моргая.
– Ладно, – кивнул я нехотя. – Сейчас оденусь и псу клеенку постелю, чтобы не навалил в квартире.
– А Катюха где? – спросил Гена.
– У бабки. С ночевой.
– Сам Бог велел тебе сегодня накидаться! – разве что не пританцовывал друг. – Собирайся. Мы ждём. Печень дрожит в счастливом предвкушении. Фунтик, ты сегодня за главного.
– Он Мультик, – поправил я Генку и прошёл в комнату, где из шкафа достал белый свитер и обычные синие джинсы.
Новая упаковка носков была открыта с шуршанием упаковки под тихую болтовню мужиков, которые все еще стояли у порога и наглаживали Мульта, готового, кажется умереть в экстазе от подобного количества внимания ему одному.
Оделся, прошёл в прихожую. Бросил взгляд на своё отражение, прочесал ладонью отросшую темную щетину и сразу отбросил мысль о бритье. Ни к чему. Я иду пиво пить, а не в универ на работу.
– Ты что, в осенних туфлях ходишь? – поинтересовался Андрей, глядя на то, как я надевал обувь.
– Да, – отмахнулся я. – Хочу купить зимние, но всё никак не получается. Время на покупку выкрасть не могу.
