Автор
В зимние дни, когда солнце казалось холоднее вечности, один мужчина оставлял свой след в морозной земле. Его редкие движения были лишь легким дыханием в кристально чистом воздухе, искривляемым холодом. Этот человек оставил последний клубок черноты, словно окаменелый символ выживания в безжизненной зимней тиши, перед тем как сдаться вечности....
"
"– Серьезно? – рассмеялся я, увидев, что она присела на моей спиной и накрыла голову руками, в которых были пустые бокалы. – Настолько страшно?
– Если ты никогда не прикладывал к синяку от удара пробкой замороженную котлету, пока все празднуют Новый год, то тебе меня не понять.
– Ладно. Готовься, сейчас открываю, – снял с горла фольгированную обертку и сложил ее на край стола. Следом убрал с пробки мюзле и крепко сжав в кулаке пробку, начала медленно ее тянуть. – Открываю.
– Держи крепко! – писк из-за спины.
Рассмеялся и, похоже, в этот момент ослабил хватку на пробке, но понял это только тогда, когда она с хлопком вылетела из бутылки и ударилась о дверном проем, отрикошетив точно мне над головой.
– Ай! – недовольный вскрик из-за спины. И сразу сокрушительное. – Видел?! Ты это видел? Они меня всегда находят! Всегда!
– Лови шампанское, – смеялся я, безуспешно пытаясь удержать вырвавшуюся из бутылки шипучую жидкость.
– Наверное натрясла, когда с щенками через двор с ней бежала, – сокрушенно вздыхала Соня и торопливо подставляла бокалы одним за другим.
– С наступающим? – протянул я наполненный бокал с искрящейся жидкостью девушке напротив.
– С наступающим, – согласно кивнула она, и в тишине квартиры раздался тихий звон старого хрусталя.
Отпил немного напитка и поморщился, отставив бокал на стол.
– Тоже не любишь эту шипучку? – заметила Соня.
– Странное пойло: я его в рот, а оно в нос лезет, – поморщился я и зажевал бутерброд с икрой.
– Есть такое, – согласно кивнула Соня и отставила недопитый бокал на стол.
– Тебе нравятся салюты?
– Иногда это бывает интересно.
– Тогда гаси свет. Посмотрим, как горят чужие деньги…
– …за считанные секунды, – закончила за меня Соня и, выйдя из-за стола, выключила свет и вернулась обратно на свой стул напротив, предварительно развернув его к окну. – Я заметила, – заговорила она тише.
– Сколько радости их соседям, – усмехнулся я.
В полумраке кухни за ничего не значащими разговорами о соседях, дворе и новогодних традициях время текло приятной рекой. Никуда не хотелось спешить, открещиваться от каких-то тем или уводить разговор в иное русло.
