Автор
В 1192 году Англия в плену тьмы и страха. В Клайдонском замке грохот стенобитного орудия рушит стены. Здесь зловещие удары докатывают до самых дальних углов, затмевая все остальные звуки — неразбериху на внутренних укреплениях и мольбы в страхе за жизни из-за стен.
Ну что ж, это только ее вина. Если бы она была более внимательна, когда Жильбер представлял ей Хью, то она догадалась бы, что он отец не только Ранульфа, но и Ричарда, и тогда она смогла бы предупредить Ранульфа. Лайонсфорд — это же именно та семья, союз с которой благословил ее отец, и она, сама того не зная, заключила этот союз."
"Это было весьма забавно, хотя Рейна и не посмела засмеяться в подобный вовсе не комичный момент. Она хотела выйти замуж за одного брата, а получилось так, что вышла за другого, и даже не подозревала об этом, как, впрочем, и ни один из них.
— Это совсем не то, о чем ты думаешь, Ранульф, так что можешь не смотреть на меня так свирепо. Я была безумно ошеломлена, когда сегодня утром твой отец вошел в зал, так что я даже не слышала, как его представили.
— Так ли его? — прогремел он.
— Прекрасно. Назови мне хоть одну причину, которая помешала бы мне сказать, что твой брат — наш сосед, если бы я сама об этом знала? Ты ведь и сам бы все выяснил очень скоро; если твой отец не сказал тебе об этом с самого начала, зачем же мне скрывать это от тебя?
— Назло.
— Я не леди…
Господи! Она едва не сказала — не леди Энн! Однако она не должна была бы об этом знать, и Рейна не собиралась предавать Уолтера, доверившегося ей и открывшего тайну друга.
— Ничего, — закончила она нервно, раздраженная из-за того, что не могла придумать подходящего объяснения, и с каждым мгновением злясь еще больше, ибо ей все же требовалось как-то объясниться… — Если ты мог так подумать, значит, ты совсем не знаешь меня.
В ее голосе, должно быть, настолько явно прозвучало разочарование, что стоило ей отвернуться, как мгновенно Ранульф развернул ее к себе.
— Извини меня, — хрипло сказал он, и она знала, что это были не просто слова.
Рейна прекрасно понимала, как он чувствует себя в этот момент, и потому ободряюще ему улыбнулась.
— Ничего такого, с чем вы не смогли бы справиться, милорд. — А потом она наклонилась к нему близко-близко и прошептала в самое ухо:
— Не беспокойтесь. На этот раз свое искусство я буду испытывать не на вас.
