Автор
Из тишины и страха, когда смерть кажется единственным путем из безвыходной ситуации, герои находят в любви последнюю защиту и надежду. В каждой главе открывается новая страница их нелегкого пути — от первого взгляда до самой решительной страстной ночи, а эпилог дает шанс на то, что может быть лучше всего, чем они думали возможно....
Время тянулось, но никаких известий по-прежнему не поступало.
- Кому расскажи – не поверят, - буркнул Рассветный. – Бросил всё, сижу за тридевять земель от дома, жду, чем закончатся роды чужой женщины! А у меня там столько дел…
- Так иди, решай дела, - ответил император. – Толку-то от нашего здесь сиденья?
- А ты чего тогда тут торчишь?
- Демьен не чужой мне – как-никак, второй по влиятельности род в Империи. Всё равно ничем заниматься не смогу, все мысли здесь. Лучше посижу, зато узнаю всё первым и, дадут Трое, первым же увижу ребёнка.
- Вот и я без посредников хочу узнать, чем дело закончится, и увидеть ребёнка.
- Ваши величества! – в зал влетел слуга и, не поклонившись, как того требовал этикет, выпалил:
- Родила!!!
Монархи вскочили на ноги.
- Кто родился?? – император.
- Ребёнок жив? – король.
- Как миледи? – вместе.
- Жив! – выдохнул посыльный. – Но миледи без сознания и милорд… Его светлость… Он…
Монархи переглянулись и, снеся слугу, рванули из зала.
- Куда бежать, где они? – рыкнул король.
- В замковом Храме, - ответил император, - Я не знаю, где это. Но сейчас!Размотав магическую плеть, чтобы не возвращаться, Его величество вытянул из зала белого от ужаса слугу, слегка встряхнул того, чтобы привести в чувство, и приказал: – Веди нас в храм.
Живо!
Глава 24
Дениз чувствовала себя странно: будто она парит в пространстве, лёжа на мягкой перине. Где-то там, между грёзами и явью, между точкой входа и точкой выхода из портала, посередине между былью и небылью.
Никакой боли! Трое, как же ей хорошо…
Измученное тело блаженно отдыхало, восстанавливаясь после многих часов запредельного напряжения. Не хотелось ни шевелиться, ни разговаривать – только плыть и плыть, наслаждаясь покоем и негой.
Но через некоторое время внимание женщины привлёк какой-то посторонний звук. Пробиваясь через плотный воздушный кокон, окутывавший миледи, звук беспокоил, вызывал раздражение и дискомфорт. Спящая поморщилась и попыталась открыть глаза, но веки, ставшие неподъёмными, слушаться не пожелали.
Звук продолжал зудеть надоедливым насекомым, не прекращаясь ни на мгновение, и Дениз с огорчением поняла, что больше не может уснуть. И что уже выпала из того блаженного состояния, которое дарило ей покой.
Что же это такое? Кто-то мучает котёнка??
Огромным усилием воли она таки сумела поднять веки и с удивлением уставилась в незнакомый потолок.
Три или четыре человеческих роста, не меньше.
