Яростная супермодель искренне надеялась на романтическую встречу, но вместо этого столкнулась со шоколадной незнакомкой и десертными ошметками. Миссия проста: не допустить, чтобы ловелаз перехватил её из тени в светлое будущее.
Как тут не забыться?
Не раз приходилось себе напоминать, что сейчас не до букетов, долина не просто так считается опасной, и нужно не ее красотами любоваться, а ждать нападения. Мудрые слова, но…
Я расслабилась, очарованная окружающей природой, и рыжевато-серый волк поначалу показался ее частью.
А затем он ощерился. Блеснули острые зубы.
Прыжок.
Мой энергошар изменил траекторию полета хищника. Тяжело приземлившись в шаге от меня, он зарычал и повторил атаку.
Вскинув руку с браслетом, отправила в него серию силовых стрел.
Страшно рыча, он принялся кружить, ловко уходя от моих заклинаний.
Я не боевик и меткость у меня так себе, как и магический резерв. Личный запас сил таял с каждой секундой. Надеяться на чужой артефакт и аккумулированную магию в кулоне? Недальновидно.
Но как справиться с хитрым зверем? Его тактика работала – я задыхалась, выбившись из сил.
Первая моя ошибка – и он вцепится в горло. И я ее совершила.
Поскользнувшись на влажном мху, упала на одно колено.
Волк прыгнул.
Страшный миг превратился в вечность.
Вечность, которую оборвал злой клекот.
Хищник рухнул в папоротник, орошая его рдяной капелью.
Сбившая его в прыжке птица продолжала долбить волка клювом и крыльями.
Жалобный скулеж и торжествующий клекот.
Зеленая птица на длинных, мощных лапах растопырила воинственно крылья и не отходила от волка, пока он не затих.
Застыла и я, стоя на одном колене.
Сначала от ужаса замерла, затем вспомнила слова Арчиваля в императорском музее.
Дорейки реагируют на движение и не замечают добычу, если она не бегает.
Соврал или нет, сейчас проверю на себе.
Оставив волка, птица прошлась по полянке, меряя ее широким шагом. Зеленая, лохматая, какая-то несуразная… Была бы забавной, если бы не острый клюв и длинные черные когти.
Обойдя добычу несколько раз, дорейка издала клич победителя, а потом ласково закурлыкала. Вскоре на поляну выбежали еще три дорейки меньшего размера. Мать позвала свой выводок.
Пировали птицы долго, я устала и очень хотела пить.
Я никогда не попадала в подобную ситуацию. Неподвижность, жажда, голод и вершина дискомфорта – отвращение и страх.
Когда кого-то жрут, пусть даже злобного волка, невольно приходят мысли о том, что ты легко можешь оказаться на его месте.
Пожалела ли я, что ушла от магмобиля? Да, и не один раз.
