Яростная супермодель искренне надеялась на романтическую встречу, но вместо этого столкнулась со шоколадной незнакомкой и десертными ошметками. Миссия проста: не допустить, чтобы ловелаз перехватил её из тени в светлое будущее.
Прекрасна хотя бы потому, что ты жива, здорова и свободна.
Вскоре фуркающие преследователи напомнили о себе, и, убегая, я свернула к одинокой скамье, чтобы там привести себя в порядок.
На выплавку двух сотен узоров из белого и черного шоколада, а потом быстрые сборы и месть ушло немало сил. В резерве осталось на донышке, на непредвиденный случай, поэтому от магической чистки придется отказаться.
Отмахиваясь от бражников, я достала гребень и платье. Что-что, а на улице я еще не переодевалась.
Расстегнув сзади перламутровую пуговицу, я резко потянула любимую голубую блузку вверх – и зашипела от боли.
Сегодня судьба явно выбрала меня своей игрушкой.
Стараясь не поминать нечисть ночью, почти ничего не видя из-за мешающегося на лице кружева, я принялась выпутывать пуговицу. Ситуация хуже не бывает.
Ой, о таком же нельзя думать, иначе…
– Доброй ночи, – весело произнес низкий мужской голос. – Вам помочь, госпожа?
– Спасибо, не нуждаюсь, – процедила сквозь зубы.
Пришлось вырвать пуговицу с мясом, чтобы натянуть блузку обратно.
Первое, что бросилось в глаза, – легкая ухмылка на породистой физиономии. Затем взгляд зацепился за резко очерченные, высокие скулы и тонкий, острый нос смуглого блондина. Характерная внешность для давелийцев. Точно, их сейчас полно в Квартене.
То, что он из империи, погасило раздражение, заменив холодком страха. Я не боюсь темных, но предпочитаю держаться подальше.
Шла я быстро, но блондин не отставал ни на шаг.
– Девушка, у вас неприятности? Я могу помочь.
Самоуверенный тон задел. Я остановилась.
– С чего вы решили, что у меня неприятности?
– Как же? Одинокая девушка, вся в шоколаде, тащит посреди ночи два чемодана…
– Так разве же это неприятности? – притворно удивилась я. – Целых два чемодана – значит, есть что тащить!
Спаситель опешил – сбился с шага, но быстро пришел в себя и догнал.
И я не удержалась, добила последним аргументом:
– А шоколад, представьте себе, самого высокого качества, давелийский.
Последнее, разумеется, не стоило говорить: давелийцы не любят, когда их так называют, но раздражение требовало выхода, и блондинистый приставала оказался как нельзя кстати.
Фыркнув, я продолжила путь, ясно видя цель – свободный кеб, подъехавший к перекрестку."
"Еще несколько минут, и я забуду этого назойливого мужчину, можно и пооткровенничать. Тем более чуть-чуть пожаловаться хотелось хоть кому-нибудь.
