"
"Меллалью подобрался перед броском, напружинил тело, нелепо скрючился, затем резко разогнулся и всей своей мощью обрушился на дверь. И тут случился конфуз: старые шурупы, на которых держался замок, вылетели, полицейский ввалился в комнату и растянулся на полу. Окно закрывала штора, в кабинете было темно. Миссис Эллиот включила свет, завизжала и упала без чувств. Меллалью пришел в себя, подхватил шлем, приподнялся на одном колене, словно набожный богомолец, и поискал взглядом миссис Эллиот, но вместо нее увидел нечто такое, отчего голубые глаза его едва не вылезли из орбит. Констебль издал сдавленный крик и с поразительным проворством вскочил. С блока, прикрепленного к одной из балок под потолком, свисала веревка, а на ней качался окоченевший труп мужчины. Меллалью оцепенело уставился на повешенного, и в это мгновение сквозняк ворвался в раскрытую дверь и повернул тело лицом к нему. Он увидел мертвого Натаниела Уолла с застывшим синевато-багровым лицом!
Глава 2. Жертва
Тут роль свою закончила Стена[30],И может хоть совсем уйти она[31].Через полчаса после того, как обнаружили тело мертвого костоправа, в обычно тихий дом на площади сбежалась целая армия полицейских. Во главе с инспектором Гиллибрандом из полиции Олстеда они занимались поисками отпечатков пальцев, улик и любых зацепок, которые могли бы помочь раскрыть преступление. Полицейский врач, доктор Макарти, вынес предварительное заключение, что жертву убили.
– Думаю, его вначале задушили, а потом повесили, – заявил он после первого осмотра. – Веревка не оставила бы таких отметин на шее. Хотя был ли Уолл жив или мертв, когда убийца его вздернул, – уже другой вопрос. Это покажет вскрытие.
Гиллибранд осмотрел следы на шее трупа и усмехнулся. Инспектор был высоким худым брюнетом с темными глазами и свежим цветом лица, с непокорной растительностью на подбородке и над верхней губой. Порой ему приходилось бриться дважды в день, чтобы выглядеть опрятно, хотя и тогда кожа его сохраняла синеватый отлив. Тонкий красивый нос придавал ему сходство с герцогом Веллингтоном. Высокий лоб выдавал острый ум и широту взглядов. Инспектора любили подчиненные и уважало начальство.
– Как давно, по-вашему, он мертв, доктор? – спросил Гиллибранд и осторожно потыкал пальцем в руку покойного, который теперь благопристойно лежал на диване.
– Со вчерашнего вечера. Вероятно, уже сутки, насколько я могу судить. Надо думать, он съел свой ужин в обычный час, то есть в половине одиннадцатого, по словам его экономки. Если это так, когда я вскрою желудок, то смогу определить время смерти точнее. Трупное окоченение уже наступило, вдобавок труп провисел в петле слишком долго, что ухудшило дело. Я закончил осмотр, можете везти его в морг.