— Теперь-то мы сможем поехать в квартиру, — прижимается ко мне, подобно лоснящейся кошки, увидевшей своего хозяина.
— Давай узнаем, как ее подруга, — Рауля в машине тоже не наблюдается. Должно быть, побежал за своей девушкой, когда меня ненадолго отвлекла Крис. Значит, они оба в клинике сейчас находятся.
Освобождаюсь из цепких лап Князевой, выхожу из машины и разглядываю здание медицинского учреждения. Знакомая надпись на крыше. Похоже, я очень хорошо знаю имя владельца этой больницы. Надеюсь, он сейчас тут находится. Если же нет, то просто сделаю один телефонный звонок, и все будет улажено в два счета. Раз сюда попала подруга Виданы, то ей должны предоставить самую лучшую палату со всеми удобствами. Ведь даже в частных клиниках бывают свои VIP-пациенты. У кого-то привилегий больше, а кто-то их не так уж и много имеет.
— Артур, — Крис догоняет меня около входа, положив руку за запястье. Я как раз хотел дверь открыть и пройти внутрь. Поворачиваюсь к девушке, с удивлением в глазах меня разглядывающую. — Зачем нам туда идти? Мы той девушке никто.
— Можем я и не знаю подругу Виданы, — дергаю на себя стеклянную дверь, с трудом сдерживаясь, чтобы не нагрубить невесте, — но вежливость, милая моя, еще никто не отменял, — все же оказываюсь в здании больницы.
В нос тут же ударяет характерный запах лекарственных средств. Врачи, медсестры, пациенты, посетители больных — людей здесь очень много. А сколько же всевозможных звуков, раздающихся с разных сторон. Работа в самом разгаре, так как такое место никогда не бывает пустым. Тем более в столицы Франции, где постоянно что-то случается. Нет, Париж не был преступным городом, просто людей много, происшествий мелких тем более. Да и врачи тут прекрасные, не то, что в некоторых клиниках России, где за пациентом совсем не приглядывают. Кстати о них. Нужно найти палату Джиневры вроде бы, оказав, таким образом, поддержку Видане и ее другу.
Верчу головой вправо-влево, пытаясь понять, куда же мне путь держать, пока не замечаю вдалеке знакомый мужской силуэт в больничном халате, который разговаривает явно с заплаканной Зотовой, что-то ему кивающей. Рядом вроде как врач стоит, периодически вклинивающийся в их разговор. На одном из стульев замечаю темноволосого парня, с особым интересом разглядывающего Феликса, уделяя внимание, скорее всего, его пятой точке. Неужели, гей? Вот бы именно он был другом Виды, тогда бы от ревности и следа не осталось, но она ведь есть, грызет изнутри. И голосок у нее такой противный, словно у какого-то мерзкого злодея из супергеройского фильма.
— Мы будем делать все возможное, чтобы этого не случилось, — врач ободряюще улыбается, на пару секунд положив руку Видане на плечо, но едва глянув в мою сторону, тут же отходит на несколько шагов назад.