— Это пока что лишь предположение, — все же надо как-то выкручиваться, не выводя ее из себя. Не хочется ее либо из тюрьмы вызволять, либо на кладбище провожать. — Пусть лучше этим полицейские займутся, — смотрю поверх ее головы на двух служащих правопорядка, которые о чем-то оживленно беседуют с Раулем.
Видана прослеживает за моим взглядом, пару секунд сканирует парней в форме, на что один из них поворачивается в нашу сторону и что-то шепчет своему напарнику. Тот просто головой кивает, явно позволяя ему самостоятельные действия, подразумевающие шаги по направлению к нашей компании. Невысокий, светловолосый полицейский оценивающим взглядом проходится по всем троим, явно что-то отмечая в своей голове, а потом обращается непосредственно к Видане, сложившей руки на груди и смотрящей на него скучающим взглядом.
— Мадемуазель Зотова, снова вы в гуще событий, — скорее он утверждает, чем спрашивает, тем самым приводя меня в удивление. Вида стала вести дружбу в гос. служащими? Раньше в таком не была замечена. Хотя ведь и прошло два года, за это время многое в ней изменилось. — Приехали освещать аварию средь бела дня, да? Такое вам задание дали в редакции? — странное напряжение витает в воздухе. Словно сейчас гром разразится и ливень польется прямо под сводами больницы.
— Ноэль, — пренебрежено произносит его имя, как будто перед ней скользкое насекомое, которое бы не мешало убить сию же минуту. Все-таки правду говорят, что журналисты и полиция не уживаются вместе. Конфликт на конфликте у них происходит. — Неужели, ты до сих пор не сделал пересадку мозгов себе от какого-нибудь достаточно умного человека? — язвит, совершенно позабыв про воинственный настрой. Сейчас ей более интересно с полицейским в разговоре сцепиться. — Здесь лежит моя подруга, совсем недавно попавшая в автокатастрофу. А вот что ты, — с отвращением смотрит прямо в глаза, — тут делаешь? Грабителя винно-водочного магазина пришел арестовать?
Полицейский по имени Ноэль охвачен яростью не только из-за ее слов, но и из-за нашего с Феликсом смеха, с трудом замаскированного под кашель. Да уж Видана Зотова на самом деле способна заткнуть любого за пояс, даже высокопоставленного человека в форме. Блондин пытается выглядеть опасным и суровым мужчиной, да только ведет себя как общипанный петух.
— До сих пор не можешь мне простить ту ошибку с Анной-Марией? — знакомое имя. Анна-Мария? Анна-Мария Готье. Та самая женщина, много лет находящаяся в доме своего мужика-садиста, но вырвавшаяся оттуда благодаря статье Виданы, в которой и полицейский один упоминался. И раз Ноэль сам заговорил про тот случай, значит это точно был он.