И раз уж удалось еще на одном несчастье поспекулировать, всякие мошенники этого ни за что не упустят. Думаю, даже пресса хорошо так активизировалась, атакуя больницу в поисках невероятной сенсации.
Чисто на автомате совершаю все свои действия, чтобы как можно быстрее добраться до клиники и не попасться на глаза репортерам. Кто знает, может, им известен парень дочери российского бизнесмена. Тогда наверняка попытаются что- то разузнать, задавая совсем уж провокационные вопросы. Со скоростью Супермена покидаю самолет, прохожу по зданию аэропорта, не обращая никакого внимания на людей, пытающихся что-то узнать о рейсе из какой-то там страны. Совершенно мне на это плевать. Главное поскорее бы добраться до этой чертовой больницы и увидеть одну рыжую дуру. С сумкой на плече выхожу на улицу, где тут же ловлю первое попавшееся такси и, сев назад, называю ему адрес больницы.
— Как обстановка в Ирландии? — без приветствия задаю ему вопрос, погладив переносицу.
Жизненный дурдом никак не хочет кончаться. С каждым разом все хуже и хуже становится. И это я еще с родителями Кристины не виделся. Во там настоящее представление будет. Хотя бы мысленно к этому надо подготовиться. Андрей Борисович тот еще буйвол, с ног сшибет и не заметит. Скажет, что я сам во всем виноват, лез ему под ноги.
Пола с Браном немного повременили с медовым месяцем, перенеся поездку на один день. Они остались рядом с Зотовой не только ради интервью, но и в качестве небольшой для нее поддержки. Когда я это услышал, аж в шоке глаза раскрыл. Совершенно незнакомые по сути люди решили побыть рядом с девушкой, являющейся для них лишь журналистом. Не более. Она всего лишь феей на их свадьбе побыла, а уже, можно сказать, стала частью их семьи. Даже с дочерью гулять пошла, без присмотра родителей. Похоже, сильно ей доверяют, раз позволяют такие вещи. Надеюсь, только старая карга не полезет к ним со своими чертовыми советами.
— Сильно злится? — представляю, какими словами Видана может меня назвать в приступе ярости.
— Даже если это и так, то девушка виду не показывает, — какой-то странный голос у Феликса. Как будто он чего-то не договаривает. Я бы вот у него все сейчас разузнал, да только нет на это время. Мы уже практически к зданию больницы подъезжаем. — Подъехал, — сообщаю другу, открываю бумажник и достаю необходимую сумму денег за поездку.
— Она должна лежать в палате 308 на третьем этаже, — хорошо иметь друга владелица клиник по городу. Можно всегда узнать что-то о знакомых пациентах. — Ее жизни ничто не угрожает. Она не при смерти с ручкой для подписи в завещании, — с сарказмом произносит, имея в виду недавно прочитанную сплетню в Интернете.