Наши пути разошлись два года назад. Чувства, как казалось, тоже давно умерли, но вот моему другу в штанах так не кажется. Предатель бурно реагирует на сучку, воткнувшую мне когда-то нож в спину.
— Если собираетесь выяснять отношения, то будьте добры это делать за пределами моего кабинета, — Нинет Колдер прерывает небольшую ссору на корню, указав нам на дверь. — Сегодня даю вам выходной, чтобы вы оба отошли от шока, — француженка явно подкалывает, недаром такая дьявольская улыбка на лице. — А вот завтра приступите к совместной работе.
— Наверное ты, Нинет, забыла, — Видана подходит поближе к ее столу, упирается в его поверхность ладошками и слегка наклоняется вперед, — я выиграла наш спор и теперь могу целую неделю отдыхать от твоих заданий.
— Твой небольшой отдых, — Нинет пожимает плечами, словно ей жаль того, что сейчас скажет, — отменяется, Зотова, — как строгая начальница рассматривает девушку, работающую на нее. Властно, надменно. Ощущает себя победительницей в их неравной борьбе. Ведь как мне кажется, Видана на короткой ноге с ней, а сейчас жестоко обманулась. Колдер ее подставила, дав подписать договор, не назвав имени потенциального фотографа. Как и у меня произошло. В тех же статьях не указан автор, а в договоре не стояла подпись и расшифровка журналиста. Она ловко обвела нас вокруг пальца. Только вот зачем?
— Ты подставила меня, Нинет, обманула, — готов поклясться, что Видана проклятьями сыплет на ее голову. — И неужели ты решила, что я это так просто оставлю? — выпрямляется, складывает руки на груди и делает несколько шагов назад. Как завороженный слежу за ее передвижениями, наблюдая за развернувшейся сценой. — Все равно найду способ, как обойти этот договор! — хватает с дивана сумочку и покидает кабинет, громко хлопнув при этом дверью. Как фурия отсюда вылетела, оставив запах вишни по всему помещению.
Поворачиваюсь к Нинет, которая удивленно приподнимает одну бровь вверх, явно говоря, чтобы я проваливал от нее как можно быстрее. Вот же стерва! Как все обставила-то ловко, сделав нас зависимыми от контракта с ее редакцией.
— Смысл? — один вопрос, одно слово. Просто любопытно кое-что узнать из уст француженки. Понять эту женщину хоть на минуту. Мотив же должен быть в ее поступке. Интуитивно ощущаю, что тут явно кроется какой-то подвох.
— Всего доброго, мой милый Артур, — вот и все. Она прощается со мной, точнее отшивает, берет в руки телефон и кому-то пишет, не обращая никакого внимания на присутствующего в комнате человека.