Жанр
Андрей Ласковин, выживший после предательства, становится Инквизитором, вершившим свой собственный закон. Он противостоит силам, которые пытались его уничтожить, и теперь сам определяет справедливость. Перед ним встает конфликт с могущественными группировками и опасными обстоятельствами.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Я – инквизитор» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Андрей Ласковин, выживший после предательства, становится Инквизитором, вершившим свой собственный закон. Он противостоит силам, которые пытались его уничтожить, и теперь сам определяет справедливость. Перед ним встает конфликт с могущественными группировками и опасными обстоятельствами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Андрей Ласковин, выживший после предательства, становится Инквизитором, вершившим свой собственный закон. Он противостоит силам, которые пытались его уничтожить, и теперь сам определяет справедливость. Перед ним встает конфликт с могущественными группировками и опасными обстоятельствами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Банк «Народный» — сто миллионов, банк «Нерушимый» — двести миллионов, банк «Звезда» — пятьсот миллионов… Никто из соболезнователей не задался вопросом: почему вдруг господа банкиры так расщедрились?
Игорь Саввич выглядел подавленным. Ласковин даже припрятал бумажку с телефоном пресловутого Михаила. Не дай Бог, батюшка решит пойти с повинной! Но два часа телевизионного лицедейства, как ни странно, сказались на отце Егории благотворно: он разозлился. Как уже было известно Андрею, гнев для отца Егория был лучшим лекарством от депрессии. Наконец, после фразы о «согнутых тяжким бременем утраты» Потмаков выключил телевизор.
Ласковин, впрочем, уже сорок минут игнорировал экран: копался в корейском автоответчике, который вдруг перестал принимать в расчет, дома ли его хозяин.
— Итак, — произнес Андрей, установив, что придется менять весь блок, — что будем делать?
— Ничего! — отрезал Потмаков. — Похерим. Бог им судья!
«Хороший ответ, — подумал Андрей. — Исчерпывающий».
— Я бы пообедал, — сказал он вслух. — Полтретьего уже.
— Пойдем, — согласился Игорь Саввич. Около пяти приехал Смушко. Подмигнул Андрею, показав портрет на полполосы в траурной рамке.
А отцу Егорию сказал:
— Хороший день. Еще шестьдесят тысяч надыбал!
— Что-то ты больно весел? — подозрительно спросил Потмаков.
— Девка плачет — солдат веселится! — усмехнулся Смушко. — Чужая смерть способствует щедрости. Ибо напоминает о бренности жизни нашей!
— Тьфу! — сплюнул отец Егорий.
— Батюшка! На пол! — укорил Смушко. — А ведь прав я! Любой директор похоронной конторы вам подтвердит!
— Чушь несешь! — строгим голосом произнес отец Егорий. — Люди погибли!
— Да, — согласился староста. — Погибли. Так пусть хоть польза будет от их смерти. Неужто один бандит десяти детишек не стоит?
— Не нам мерять! — проворчал Игорь Саввич. Но аргумент был веский.
— Поеду я, — сказал Ласковин. — Меня ждут.
— Завтра-то как? — спросил Степаныч. — Навестишь?
— У тебя же день рожденья! — вспомнил Потмаков. — Тридцать лет! Нет, давай-ка оставайся.
— Не могу, отец Егорий! — улыбнулся Андрей. — Невеста ждет!
Само вырвалось. Еще можно было на шутку обернуть, но… не хотелось.
Потмаков строго посмотрел на своего подопечного:
— Я все помню, — сказал Андрей. — Завтра приеду. Если что — телефон есть.
— Ладно уж, — проворчал Игорь Саввич. — Обойдемся.
— Наташа, — проговорил Ласковин. — Тебе пошел бы камин.
— Я думаю! — Девушка засмеялась. Волосы у нее на затылке были мягкими, как кроличья шерстка.
— Андрей! Ты меня… м-м-м… беспокоишь! — предупредила полушутя.
Голова ее лежала на коленях Ласковина, узкая ладошка медленно двигалась влево-вправо над огнем свечки.
— Я думаю, ты — реликт! — сказал Андрей.
