Подбадриваемые тычками, те живо принялись за дело и через четверть часа перекрыли линию.
В подвале и во всем доме поступление воды прекратилось. К этому времени выносившие товар стояли уже по колено в воде. Но грозная фигура Корвета была пострашней возможной простуды.
Двое водопроводчиков, признав в нем старшего, топтались около, с надеждой поглядывая, но прямо обращаться не решались.
Корвет сам заметил их.
— Каждому — по бутылке водки, — распорядился он. — И на хер!
Это было намного меньше, чем те рассчитывали, но по Корвету видно было: если и прибавит, то только по зубам.
Через полчаса большая часть товара была вынесена наружу. Мокрые коробки на морозе быстро заледенели.
— Ты, ты и ты! — распорядился Корвет. — Останетесь здесь, присмотрите. Придет Крепленый — скажете: повез Спортсмена к пахану!
— Да вон он, легок на помине! — сказал кто-то.
Серая «Вольво-850» вывернула из-за угла и с визгом затормозила слева от автобуса.
— Где он? — еще из машины закричал Крепленый.
— Там! — Рыжий Корвет и не пытался скрыть неудовольствия.
Пара рук ловко плела веревку. Пальцы так и мелькали. Время от времени они подхватывали из пучка очередную нить, нет — волос, толстый, черный, и вплетали его в щетку остальных. Андрей знал эти руки. Свои собственные руки, правда, без каратэшных мозолей на суставах, но несомненно — его. Веревка все удлинялась, ложилась внизу упругими кольцами. Для чего она, Андрей не знал, но знал, что нужна…
— Давайте тащите его ко мне! — распорядился Крепленый, подчеркнуто игнорируя рыжего.
С Андрея сняли наручники, выволокли из автобуса. Крепленый пальцем приподнял ему веко.
— В самый раз! — констатировал он.
— Я с тобой поеду! — заявил Корвет, встав рядом.
— На хрен ты мне нужен?
— Это я его положил!
Крепленый резко обернулся, улыбнулся, как оскалился.
— Сам управлюсь! — отрезал он. — Можешь двигать к пахану, доложить, что придурок у меня!
— Гришавин сказал: сразу к нему везти! — возразил рыжий.
— Вот с Гришавиным у меня базар и будет! — с угрозой произнес Крепленый, краем глаза наблюдая, как Ласковина втаскивают в «вольво». И, увидев, что с «погрузкой» закончено, поспешил к машине.
— В гараж! — велел он, плюхаясь на заднее сиденье.
— Ты даже не представляешь, Спортсмен, что я с тобой сделаю, — тихим голосом говорил Крепленый в ухо Ласковину. — Но я тебе сейчас расскажу. Сначала мы приедем в хорошее место. Хорошее место, Спортсмен, тихое, как морг. Там я возьму ножик и буду тебя резать.