До сих пор Лора помнит то узнавание, которое мелькнуло в его глазах, та растерянность и… и что ещё? Что это было? Тот неприкрытый восторг?
– Я говорю, пойдёшь секретарём, если всё устроится? – Лора посмотрела на мужа, который, как оказалось, не молчал, а продолжал говорить. – На самом деле, было бы неплохо. На такую работу кого попало не берут, только своих. Видел я его предыдущую помощницу, одним взглядом всё расставляла по своим местам, под стать самому Москвину. Знаешь, из него такой же Москвин, как из меня Кобзон. Видно же, что татарин, а фамилия русская. Там, похлеще Сотникова товарищ. Если Сотников надо и не надо пытается поручкаться, то этот не на каждого и глянет. Вот кто действительно неприятный тип. Увидишь – поймёшь. Идём, нужно ещё засветиться.
– Жень, долго мы здесь пробудем? Неважно себя чувствую. – Попыталась мужа остановить, но тот и слушать не стал, тянул в свою сторону.
– Забудь. – Отмахнулся. – Люди приходят и уходят, а связи остаются. Я Сотникова знал когда он ещё и замахнуться на эту должность не мог, а теперь видишь, добился-таки своего. И я добьюсь. – Добавил в азарте, но дальше умолчал.
Вырваться удалось в момент, когда началась официальная часть. Муж, наконец, свою ладонь разжал, чем дал понять, что светить лицом больше не обязательно. На заявление Лоры прогуляться, ответил решительным кивком головы, хотя она и сомневалась, что он услышал смысл сказанного. Но теперь можно было отдохнуть от людей, побыть в тишине. Только то, к чему стремилась весь вечер, не принесло желанного облегчения. И голова раскалывалась.
На заднем дворе Дома офицеров открывался вид на удивительный по своей красоте сад. София Григорьевна говорила, что он не изменился со времён царской России и Лора была склонна этому верить. Старинный фонтан казался сказочным, а сквер рядом вызывал восторг от понимания того, сколько сил и трудов было вложено, чтобы добиться такой красоты. Как-то Лора бывала здесь на экскурсии, теперь вот может вполне законно спрятаться за высоким кустарником, чтобы побыть наедине с собой.
Звук приближающихся шагов почему-то не удивил, а наоборот, заставил улыбнуться… горько. И не нужно было поднимать взгляд, чтобы понять, кто сейчас сел на скамью напротив. Этот запах она узнает из тысячи похожих, этот взгляд чувствовала на себе задолго до того, как мужчина смог увидеть её и улыбка… улыбка была иной. Словно другой человек.
Ильдар был похож на модель с картинки модного журнала. И можно тысячу раз ссылаться на костюм, наручные часы, безупречно повязанный галстук… Но он был просто нереально красив. Причём одинаково, что с утра, как только просыпался, что сейчас. Но теперь у него был лоск, который прежде Лоре демонстрировать никто не спешил. И за каждым движением читался многомилионный балласт.