Понять одного не смог: почему ты считаешь, что у тебя есть право иметь семью, а у меня нет?
– Не от тебя – к сыну.
– У нас мог быть сын… или дочь. Считаешь, ты имела право решать за всех?
Лора подняла на Ильдара усталый взгляд, грустно улыбнулась.
– Когда у тебя будет свой ребёнок, ты меня поймёшь.
Он отвернулся, сдерживая порыв, но тут же вернулся взглядом к её глазам.
– Одного ребёнка у меня не будет точно.
Пришло время разойтись по разным углам для обдумывания дальнейших действий. Ильдар сидел на кресле у окна, Лора лежала на кровати, глядя в противоположную сторону.
– А у тебя есть брат или сестра? – Спросила осторожно, но ответа не последовало. – Ты никогда не говоришь о родителях, о друзьях…
– Я уже вышел из того возраста, когда нужно держаться за мамину юбку.
– А я бы с удовольствием побыла маменькиной дочкой.
Неловкое молчание становилось невыносимым.
– Я боюсь одиночества. Не знаю… только сейчас об этом подумала, раньше как-то не замечала… Когда родителей не стало, переключилась на спорт. Знаешь, из такой категории людей, которым хоть чем заняться, только бы не останавливаться. Потом у меня была травма… – Голос дрогнул. – В спорте я оказалась не нужна, и срочно понадобилось на что-то переключится. Я даже замуж вышла, зная, что Женю не люблю. Ему со мной было удобно, а я рядом с ним поддерживала иллюзию семейного очага. По-настоящему нужной почувствовала себя, только когда родился Рустам. Так чувствует себя человек, в жизни которого появляется смысл. И меня это устраивало. Понимаешь?..
– Хочешь, чтобы я тебе посочувствовал?
– Нет. Я хочу, чтобы ты меня понял.
– Я понял. – Произнёс он слишком легко, Лора сразу же поёжилась, кутаясь в одеяло сильнее.
– А о себе так и не рассказал…
– Потому что нечего рассказывать! – Подскочил с места, но вдруг остановился. – Родители у меня были. Две сестры, есть брат. Сёстры воспитывались отдельно, отец всегда считал, что женщина должна быть женщиной, а мужчина – мужчиной, и нечего смешивать. Поэтому я с ними практически не пересекался. Не скажу, что мы совсем не общаемся, но… скажем так, поставь нас один на один в закрытой комнате, не найдётся и пары общих тем. Они обе замужем, обе счастливы, по крайней мере, так говорят при редких семейных встречах. – Когда Лора обернулась, Ильдар криво улыбался.
– Это грустно. А брат?
– Брат младший. Но и с ним наши дорожки давно разбежались. Мать умерла одиннадцать лет назад. Что ещё?.. Отец? С отцом вижусь редко. Мне его уважать не за что.
