— Ты поэтому сейчас занялся делами вместо того, чтобы лечь рядом? — спросила я. — Ты наказываешь себя за вчера?
— Нет, я лишь не хотел искушать себя. — признался он, нервно сглотнув. Он перестал смотреть мне в глаза, его взгляд опустился ниже. — Тебе следует отдохнуть после вчерашнего.
Проследив за его взглядом, поняла, что он смотрит на мою грудь. Полупрозрачная ткань выдавала не только её очертания, но и явно демонстрировала, какие чувства вызывают во мне руки Витторио. Мне вдруг стало неудобно сидеть на нём, я почувствовала некоторое давление. Витторио напрягся, его жилистые руки стали плавно опускаться по спине, вызывая табун мурашек. Мне стало так неловко. Я пока не могла свыкнуться с мыслью, что он мой муж. Это ведь нормально, что он делает что-то подобное со мной? Нормально, что я пылаю такой порочной страстью к нему?
— Так давай ляжем вместе отдыхать. — отвечаю я, обхватывая ладонями его мужественное лицо.
— Хочешь вместе отдохнуть? — шумно выдыхает он, сминая мои бедра.
Он определенно вкладывает в «отдохнуть» совсем другой смысл. Серьезный разговор у нас больше не получится. Впредь стоит надевать что-то поскромнее, чтобы поговорить по душам. Воин так сильно прижимает меня к себе, что, кажется, ткань между нами не выдержит и мы сольемся воедино прямо сейчас.
— Хочу. — так же сбивчиво отвечаю я. Мне катастрофически не хватает воздуха.
— Ты понимаешь, на что соглашаешься? — урчит он, стягивая зубами рукав ночной сорочки с моего плеча.
Его борода начинает нещадно колоть меня. Стоит влажному поцелую коснуться плеч, и я вздрагиваю, настолько остро в моем теле отдаются его прикосновения. Витторио лишь победно усмехается, довольный моей реакцией.
— Да. — с придыханием отвечаю я, когда он целует меня в шею.
Мои руки невольно сжимаются в кулаки, комкая ткань на его необъятных плечах.
— И ты позволишь мне? — прикусывает мочку уха.
— Позволю. — севшим голосом отвечаю я.
— Понимаешь, что я снова буду в тебе? — самодовольно заявляет он, стягивая рукав со второго плеча.
— И тебе может быть больно. — говорит он, одновременно сжимая мою грудь. Будто в подтверждение своих слов.
— Если я начну, то уже не смогу остановиться. — предупреждает он. Право слово, кто из нас кого ещё уговаривает. — Поэтому, если ты боишься, то ещё не поздно отказаться. Мы можем подождать, пока твое тело восстановится.
Действия Витторио идут в рознь со словами. Он говорит, что готов прерваться, но сам только продолжает.
