Конечно, Айсулу уже слышала несколько песен из телефона Чимина, но то звучание не шло ни в какое сравнение с тем, что творилось на сцене. И такая мощная энергетика шла на нее даже сквозь экран, что девушка испытала некую эйфорию. А потом началась вторая песня, практически без перерыва, грустная, медленная, с мелодией, от которой защемило в груди. Певцы просто стояли и пели, но это было так прекрасно, так благозвучно и так выразительно, что Айсулу почувствовала, как на глазах закипают слезы.
Они пели по очереди, давая зрителям возможность услышать каждый голос, и все оттенки голосов, а когда камера показала лицо Чимина, и послышался его высокий, невероятно нежный голос, девушка не выдержала, всхлипнула и почувствовала, как слезы покатились по щекам.
Младшая сестра странно посмотрела на нее сбоку, но ничего не сказала и опять уставилась на экран.
Припев певцы подхватывали все вместе, мощно выводя многоголосную гармонию, рождая в душе какую-то непонятную вибрацию, окрашенную не то радостью, не то печалью, не то сумасшедшей смесью это двух чувств.
В какой-то момент один из них, светловолосый, с печальными глазами, начал ритмично произносить, декламировать низким, бархатным голосом какие-то слова, меняя интонацию от спокойной, почти отрешенной, до яростной, высокой, чуть ли не визгливой, и сразу за тем опять вокалисты подхватили мелодию, вознося ее на такие высоты, что девушка подивилась, как взрослые мужчины могут петь такими голосами. Песня закончилась, несколько мгновений артисты стояли, замерев, как изваяния, потом зал взорвался восторженными криками и аплодисментами.
Парней показывали еще какие-то секунды, а потом камера опять плавно переместилась на фигуры ведущих, и церемония пошла своим чередом.
Айсулу только сейчас заметила, что альбом так и лежит у нее на коленях, забытый, когда она увидела на экране Чимина.
Эркелей опять взглянула на сестру:
Она торопливо отерла мокрые щеки и сама удивилась, посмотрев на ладонь – влажная:
- Плачу?.. Наверное, это потому что песня грустная…
- Из-за песни?.. – не поверила девочка. – Сестра…
- Это ты мне скажи – что!
Девушка молча покачала головой, а слезы, помимо воли, опять покатились из глаз. Она поспешно вскочила, забыв про альбом, и он свалился на пол, раскрывшись ровно посередине – на обеих страницах было лицо Чимина.
Обе девушки замерли, потом, младшая, стремительно наклонившись, схватила альбом и быстро перелистала страницы.
