У Кириллова не выдержали нервы, он рванул на службу, потом успокоился, вернулся, а ее и след простыл. И телефон не отвечает.
По пути в отдел Матвей снова позвонил Елене, но с тем же результатом. Это наводило на подозрения.
Зайцев собирался куда-то уезжать, когда Матвей зашел к нему в кабинет. Подполковник стоял перед зеркалом, одной рукой поправлял фуражку, другой — галстук.
— Кириллов, ты чего мотаешься туда-сюда?
— Не мотаюсь, а прыгаю.
— Допрыгался уже! Сумарокову я упустил, в Москву она уехала.
— Теперь понял. Насовсем подалась? — Судя по выражению его лица, Зайцев ничуть не расстроился.
— Я так понял, что да. Начальник ее московской службы безопасности приехал. С ним она и отправилась.
— Так не должен я был ее отпускать.
— Баба с возу, кобыле легче. — Зайцев повернулся к Матвею и вытянул лицо.
Так люди делают перед тем, как показать кому-то язык.
— Ну и чего смотришь? Наша задача в том, чтобы ее здесь не убили! А до Москвы нам дела нет. Тебе что, нечем заняться?
— Тогда вперед и с песней!
Дел у Матвея действительно по горло. Того же снайпера надо искать, который в Елену стрелял. По горячим следам его взять не удалось, нашли только машину, на которой он скрылся с места преступления, но это ни к чему не привело, поскольку транспорт числился в угоне. Ажиотаж уже спал, но розыск продолжался силами отдела.
Матвей только рад был подключиться к делу, но его смущало, что Елена уехала в Москву без предупреждения. Она просто махнула на него рукой, или же с ней случилась беда — одно из двух.
Матвей отправился в элитный поселок на улице Стаханова и еще раз переговорил с Затулиным. Судя по всему, никакого насилия в отношении Сумароковой не было. Она уехала в Москву не только по своей воле, но и по желанию.
Возвращаясь в отдел, он снова позвонил Елене. На этот раз она ему ответила.
— Ты где? — спросил Кириллов.
Судя по фоновому звуку, Елена находилась в машине.
— В пути. Я возвращаюсь в Москву.
— Ты в безопасности?
— А тебя это волнует? — В ее голосе звякнули стервозные нотки.
— Начальство будет ругаться? — съязвила она.
— Оно отпустило тебя с легкой душой.
— Извини, что разрешения не спросила!
Матвей действительно отпускал ее с легкой душой, хотя и не испытывал чувства облегчения, как это случалось, когда он расставался с другими своими женщинами. И любви не было, и не тянуло его к Елене, да и не пара они, но ведь он должен был защищать ее. В принципе, капитан справился со своей задачей здесь, а она отказывалась от него там, в Москве.