И основная проблема была в том, что Эффу отчаянно сопротивлялся. Он хоть и не мог колдовать, но он все равно был чрезвычайно силен, и пытался давать мне отпор. Напрягался — и всем телом, и мысленно — как бы отталкивая, замедляя мои заклинания, не давая им быстро и точно достигнуть цели. Не имея возможности дать мне полноценный отпор, но сопротивляясь до последнего и, что самое плохое, — за счет сил Мориса.
Поэтому я торопилась быстрее завершить магические манипуляции, ощущая себя бегущей наперегонки со смертью. Точечно воздействовать теневой магией, открывая для Эффу ментальный портал, который вернет дух хаоса туда, откуда он пришел. Усиливать контакт воздействием через брачную метку, что приносило Эффу физическую боль и мешало сосредоточиться на сопротивлении мне. Воздух вокруг нас искрил фиолетовыми искрами и звенел от высоких уровней магии.
Медленно… очень медленно, но у меня все же получалось. Я чувствовала, как Эффу начинает сдавать позиции.
Переломить ситуацию в мою сторону помог сам Морис. Я чувствовала, что он старается мне помочь. Невидимая связь между нами была достаточно сильной для того, чтобы я ощущала, как он пытается мысленно тянуться ко мне, словно утопающий, протягивающий руку.
Всё-таки права была мама, когда говорила, что наша метка отчасти связывает человека с теневой изнанкой и придает ему немалую силу. Несгибаемая воля Мориса к жизни ощущалась яркой пульсирующей точкой, что помогало мне крепче уцепиться за его сознание и тянуть, тянуть наружу, словно бы вытягивать из трясины, вливая светлую лунную магию в тело Мориса.
— Глупая девчонка, — цедил Эффу сквозь зубы. — Ты могла бы получить всё, а теперь сгинешь!..
— Сгину, сгину, не переживай ты так, — бормотала я себе под нос, не отрываясь от магических манипуляций.
Напрягалась изо всех сил, чувствуя, как по виску стекает капелька пота. Действовала на пределе своих возможностей, ощущая неприятное покалывание на кончиках пальцев, которые словно горели от моих усилий, от количества пропускаемой через них магии.
Глаза Мориса замигали, то становясь обычными светло-серыми, то снова жуткими фиолетовыми. Аура задрожала, раздираемая в клочья, а я, наконец, почувствовала, что дух хаоса начал отступать.
— Я еще вернусь, — зло произнес Эффу. — Найду идеальный для себя сосуд и обязательно вернусь.
Сказал это и исчез из сознания Мориса, а я поспешила запечатать теневой канал, чтобы сюда дух хаоса больше пробраться не мог. И вообще, через эту дверь больше в реальность выйти не пытался.
