Переход забросил Анатолия Суворова в другую реальность – приграничные районы Белоруссии 41 года. Он оказался в новом мире, где нужно выживать среди диверсантам и предателям. Главная задача — не сдаваться и исправлять ошибки, используя брошенную технику и потерянных людей.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Я – танкист»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Переход забросил Анатолия Суворова в другую реальность – приграничные районы Белоруссии 41 года. Он оказался в новом мире, где нужно выживать среди диверсантам и предателям. Главная задача — не сдаваться и исправлять ошибки, используя брошенную технику и потерянных людей.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Переход забросил Анатолия Суворова в другую реальность – приграничные районы Белоруссии 41 года. Он оказался в новом мире, где нужно выживать среди диверсантам и предателям. Главная задача — не сдаваться и исправлять ошибки, используя брошенную технику и потерянных людей.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Всё ползком, не вставая. Можешь их не опасаться, я разминировал, не взорвутся. Хоть в футбол ими играй. Ясно?
– Ясно, товарищ майор.
Боец пополз обратно к низине, а сержант стал мне помогать. Пулемёт мы забрать не могли, тяжеловат, тем более на треноге, а был бы на пехотном станке с колёсами… Однако оружие и форму собрали, как и документы убитых солдат с поста. Форму с трудом, но запихали во второй ранец, сержанту я передал всё продовольствие солдат: пару банок, шмат сала и целую краюху, да еще двухлитровый солдатский термос. Не пустой, понюхал, вроде какао. Тот всё к себе в сидор убрал. Нагрузившись, мы поползли к нашим, где нас догнал Бабочкин с явно тяжёлым, плотно набитым ранцем. С пулемёта я снял замок, выведя его из строя, а кроме этого забрал два немецких котелка. Они отличались от наших. Не у всех бойцов была посуда, вот и увеличил ее на две единицы.
Распределив груз между всеми, отправил двух бойцов налегке вперёд. Пригибаясь – пшеница была по пояс, – мы на максимальной скорости направились дальше. Когда я видел, что некоторые машинально пытаются принять вертикальную позу – идти, согнувшись, было неудобно, – шипел. Так и выдать могут. Удалившись от вырезанного поста на пару километров, я объявил остановку на десять минут, все устали. Когда отдышались, я достал из трофейного ранца аккуратно свёрнутую форму и, отцепив висевшие по бокам сапоги, подозвал Минского.
– Мне нужно два бойца, которым подойдёт эта форма и обувь.
Самому мне ни один комплект не подходил, поэтому я и решил задействовать разведчиков, пять из них походили по комплекции на ефрейтора и рядового.
– Форма ещё ладно, а вот как с обувью угадать? Может, в наших пойдут?
– Нет, видишь, у немцев голенища шире и сами сапоги короче. Спалятся. Кстати, из твоих кто по-немецки говорит?
– Плохо. Ладно, давай подбирай ребят.
Носителя формы ефрейтора мы быстро подобрали, да и сапоги ему подошли как влитые. Я вручил бойцу пояс с кобурой и подсумками к автомату, тот его как раз изучал. Потом передал бойца на попечение Лосеву. Все разведчики давно не брились, щетина так и бросалась в глаза, вот ординарец, налив в плошку воды из фляги, и взбивал пену для бритья. Нужно наших «немцев» привести в нормальный внешний вид. Вот со вторым не совсем так получилось, как хотелось бы. Форма подошла, фактически его размер. Только сапоги на его лыжи никак не налезут, на три размера меньше.
– Ладно, иди пока в своих, на месте разберёмся. Сейчас к Лосеву на бритьё, напарник твой уже закончил. Да и остальные побриться успели, один сержант остался. Вон, Лосев уже бритву о ремень закончил править.
Боец перебрался ближе к ординарцу, и тот занялся им. Брился он сам, Лосев только подавал, что нужно. Также он ополоснул им лица, чтобы чистые и вымытые были.
