Дьявол! Этот мутный тип мог взбесить брата только одной новостью: ему не удается оправдать меня.
Отключаю телефон и смотрю на медсестричку. Она ждет, что же скажу.
— Адвокат, которого ты мне нашла… Как с ним связаться?
— Я не знаю, — теряется она. — Ее Варькин брат нашел. Но…
Медсестричка тяжело вздыхает:
— Она заявила, что не возьмется за твое дело. Уж слишком принципиальная.
— Ясно. — Я поднимаюсь с сиденья и начинаю одеваться. — Хреново у меня дела, девочка. Тип, который последнего пацана заказал, просил доказательства. Естественно, у меня их нет. По всей видимости, он трясет Адель, как посредника. А она в отместку ставит палки в колеса нашему адвокату. Проучить меня хочет.
— И что теперь? — голос моей невесты дрожит. — Тебя посадят?
— Черта с два я сдамся! — убеждаю ее, застегивая ремень брюк. — Одевайся. Смотаемся на виллу, потолкуем с братом. В крайнем случае, по поддельным документам из страны свалим.
Я поворачиваюсь к ней корпусом и пронзительно смотрю в ее испуганные глаза. Замирает медсестричка, ресницами хлопает и почти не дышит.
— Ты знала, что со мной покоя не будет, — говорю твердо, очередной раз вдалбливая в нее это.
— Я просто волнуюсь. Если с тобой что-нибудь случится…
— Со мной ничего не случится. — Запускаю пальцы в ее волосы и лбом прижимаюсь к ее голове. — У меня теперь есть ангел-хранитель. Ты сама, главное, не тормози. Ствол всегда при себе носи. Поняла?
Она судорожно кивает.
Одевается молча. Пушку за ремень брюк тоже убирает молча.
— На предохранителе? — уточняю, заводя тачку. — Смотри, попку не отстрели.
Она слабо улыбается, пристегивается ремнем и отворачивается к окну. То ли обиделась, то ли расстроилась. В любом случае, моя вина. Никак не могу покончить со всем. Глубоко втянулся. Долго выбираться придется.
Подъезжая к вилле, притормаживаю у ворот, пропуская выезжающее такси.
— Гости? — спрашиваю у встречающего нас Азиза.
— И что? — Открываю дверь для медсестрички, протягиваю ей руку и помогаю выйти из машины. — Адель его не встретила? Никого за ним не отправила?
— Даже не заикнулась, — пожимает Азиз плечами. — Сидит в своем кабинете, пьет.
— В каминной. С адвокатом ругался так, что стекла в окнах ходуном ходили. Камиль, тебе срок светит.
— Не тупой, — вздыхаю, беря медсестричку под руку. — Догадываюсь. А по наследникам Ермаковой что-нибудь слышно?
— Брат, я же не подслушиваю.
— Колись. Ты всегда все знаешь.
Азиз мнется. Точно знает что-то.
— Завтра ее муж приезжает, — отвечает, потирая шею.
