"Природа пошутила”, как сказала Серафима. Тут я вспомнила о моей несчастной тетушке. Да, пивной бутылки для Жоры было маловато.
— Эта курва здесь, — открыл рот Катков-младший. Парня давным-давно надо было взять за руку и отвести к логопеду. — С ментом явилась. — Юрик сделал ему знак молчать, но он либо не понял, либо не внял. — Кто на нас мог наехать, братик? Гадом буду, без этой шлюхи не обошлось. Потолковать с ней надо…
Смысл сказанного был зловещим, но из-за чрезмерных дефектов речи страшно не было, скорее смешно. Юрик взглянул на братика сурово, тот вроде бы опять вознамерился что-то произнести, но Катков-старший решительно его пресек:
— Да заткнешься ты наконец? Жорик обиженно хрюкнул, повел толстой шеей, но рот все-таки открыл.
— Потолковать с ней надо, — повторил он.
— Не надо. И не зли меня.
Жора затих. В продолжение всего вечера только легкое похрюкивание напоминало о его присутствии, молчал он стойко и косился на брата. Юрик перестал обращать на него внимание и сосредоточился на мне. В целом ужин прошел в теплой и дружеской обстановке. Заметив во мне желание покинуть гостеприимное заведение, Юрик предложил:
— Даже обидно, — возмутилась я. — Почему ты до сих пор считаешь меня идиоткой?
— По-твоему, со мной только идиотки ездят?
— Мама всегда твердит: не доверяй мужчинам, им ничего не стоит обмануть девушку. Вот если бы ты действительно думал жениться…
— Я думаю, — кивнул Каток. — Уже почти надумал. Помоги мне, а?
— Я как-то не уверена. В таких делах спешить не следует. Не будем торопить события, приглядимся, вполне возможно: мы созданы друг для друга.
Юрик, как видно, желал понять: серьезно я все это или валяю дурака? Где ему… Я и сама порой не в состоянии в этом разобраться.
Тут возле нашего стола появились тетушка с верным другом. Жора ожил, хрюкнул громче и сердито засопел.
— Тебе не пора домой, деточка? — сладко пропела Серафима.
— Она что, несовершеннолетняя? — съязвил Юрик.
— Не обижайся, Юра, но ты не из тех мужчин, кому можно доверить любимое чадо. Так что, прощайтесь.
Я пожала плечами, взяла сумку и пошла следом за Серафимой. Каток поплелся рядом.
— Какого черта ты ее слушаешь? — не удержался он.
— Она лучше знает, что для меня хорошо, а что плохо. У нее больше жизненного опыта. Я ей доверяю.
Мы простились возле Серафиминой машины. Я торопливо поцеловала Юрика и помахала ручкой. Он выглядел немного озадаченным.
Утро началось неожиданно бурно.
