Затем попрощался с Фёдором и собрался было заняться отдыхом, как приехала машина. Чёрная, большая, и из неё вышел… Хах, аж сам владелец частной клиники «Надежда».
— Добрый день, Руслан Борисович. Чем обязан вашему визиту?
— Добрый, Иван Олегович… — мужчина пожал руку, и выглядел он неважно. — Я очень ждал, когда вы всё же позвоните, но времени ждать уже нет…
Проведя его в дом, налил чая.
— Спасибо, — мужчина отпил половины кружки и выдохнул. — Есть один очень важный человек, который уже на грани. И он очень не хочет умирать.
— И? Он, как я понял, желает лекарство?
— Да. Очень сильно. Любые деньги. Иван Олегович. Любые.
— Есть куда более молодые люди, которые умирают прямо сейчас, — ответил я ему.
— Есть. Но речь идёт о деньгах.
— Выяснилось, что я не так уж и нуждаюсь в деньгах. У меня весьма прибыльный бизнес.
— Вы не понимаете, Иван Олегович. Этот человек — Теневой король.
— Мне это слово ничего не говорит.
— Он правит теневой экономикой Москвы. И поверьте, умирающий человек, зацепившийся за последнюю соломинку, будет держаться за неё до последнего.
— Да, Иван Олегович, это угроза. Если он умрёт, сперва умру я, а потом умрёте и вы. И чтобы вы понимали, насколько всё серьёзно… в этом районе могут начаться внеплановые военные учения. И на вашу ферму «случайно» упадёт бомба. Считаете это фантастикой? А вот и нет, в его власти даже такое. У него на крючке немало людей в самой верхушке.
— Звучит как «лучше не спасать его». Или что, если спасу, получу ещё больше обиженных людей, но уже на самой верхушке.
— И вы совершенно не правы, Иван Олегович. У него есть наследники, которые исполнят его последнюю волю. А если они не смогут этого сделать, то бывшие люди Теневого короля не примут их во главе Теневого мира.
— Я вас понял, Роман Борисович. Десять миллионов. Половина авансом. Налоги на вас.
— Неслабые у вас требования…
— За меньшее мне не позволяет совесть лечить преступника. Я на эти деньги потом вылечу с десяток тех, кто не может себе позволить лечение.
— Сделка с совестью?.. Хорошо, я вас понял. Но нужно поторопиться. Я не знаю, сколько он ещё проживёт. И последняя воля уже подписана и оформлена… Если он умрёт…
— Завтра. Летим завтра, Роман Борисович.
— Спасибо… — он облегчённо выдохнул. — Завтра заеду за вами.
Он ушёл, а я задумался. Если я вылечу этого старика, а потом… скажем, его ужалит ядовитое насекомое. Я ведь не буду виноват, да?.. Не люблю я «Теневых королей»… Особенно тех, кто угрожает мне или моим близким.