– Конечно, Ксандер! Это же я, Эмит. Вы в порядке?
Снова смотрю в компьютер на мигающий курсор. Я – специалист по компьютерам, написавший сотни программ для майнинга, прогнозирования потоков данных, – не знаю, как пользоваться этой штукой передо мной. Встаю.
– Прости. Мне пора, – обращаюсь я к мальчику.
Он поворачивает голову, его волосы спадают на глаза, и тут я вспоминаю. Эмит.
Видел его в галерее, он дал мне апельсины; мне вдруг отчаянно захотелось вспомнить, что с ними стало. Оставил их там, когда убегал от Сквайра. От мысли, что апельсины сейчас гниют под прелыми листьями, накатывает безотчетная грусть.
– А вы, это, уже все гайки подкрутили? – спросил он, с улыбкой указывая на голову. – Вспомнили меня?
– Конечно, – отвечаю я. – Спасибо за апельсины, – добавляю я для пущей убедительности, и он снова улыбается.
Двигаюсь к выходу. Библиотекарша, которая так и сидит за столом, хочет что-то сказать, но я жестом останавливаю ее, не давая словам вылететь. Я должен пойти и сам во всем разобраться. Там должна быть полиция. Тот мужчина, возможно, прямо в эту секунду избавляется от улик. Может быть, именно для этого он ушел тогда из дома.
Схожу с автобуса и быстрым шагом двигаюсь в сторону полицейского участка Паддингтон Грин. Захожу внутрь, где меня встречает запах – приторная смесь антисептика и вареной картошки.
– Мне надо поговорить с Рейчел, – заявляю на входе.
Сержант за столом смотрит на меня.
– Или с ее коллегой, детективом-инспектором Конвэем, с кем-то из них.
Он пялится на меня в ступоре, будто я лопочу на непонятном языке, а затем неспешно нажимает какие-то кнопки на телефоне.
– С таким именем вам бы поосторожней, – замечает он, довольный своей шуткой.
Бормочет что-то в трубку, затем кладет.
– Сейчас к вам выйдут.
В этой тишине время тащится как черепаха; я жду, постепенно проваливаясь в собственные мысли.
Подпрыгнув от неожиданности, оборачиваюсь. Передо мной оба детектива.
– Почему вы не были? – спрашиваю я.
Они переглядываются – от их реакции я теряюсь.
– Мы пытались с вами связаться, – говорит Блэйк.
– Зачем? – уточняю я, пока они ведут меня в комнату, где проходил допрос в прошлый раз.
– Пройдемте, поговорим здесь.
Блэйк открывает передо мной дверь. Матово-черные стены колышутся волнами, вызывая у меня головокружение.
– Убийство на Фарм-стрит, о котором вы заявили, – серьезно продолжает она.
Складываю руки на груди и киваю:
– За этим я и здесь.