А на возвышенной части берега стояло одинокое дерево, кривое от морских ветров, будто усталый, но стойкий дозорный с копьем на границе божественных владений. Заметив его, Снефрид вспомнила Хеймдалля с его копьем в девятипалой правой руке, когда он встретил разгневанную Фрейю у ворот Асгарда.
Обогнув остров, три корабля пристали к восточному берегу. Много времени это не заняло – остров Одина был очень мал, и чтобы весь его обойти кругом, потребовалось бы сделать всего три роздыха, как сказал Снефрид Асвард. На острове заросли перемежались солончаковыми пустошами и болотцами, но все же можно было набрать дров для костра. Для Снефрид поставили шатер, корабли накрыли парусами, превратив их в своеобразный дом – душновато, но спасает от ветра и дождя.
Как сказал Асвард, на острове никто сейчас не жил, и Снефрид встретила эту весть с облегчением: хотя бы на одну ночь это обещало ей покой. Однако мысли о «могиле Одина» не шли из головы. Когда сварили кашу и все сели есть, об этом снова зашел разговор.
– Я думаю, здесь похоронен не тот Один, который в Асгарде, – сказал Хлёдвир, – а тот, который правил в Уппсале и дал начало роду Инглингов.
– Да разве это какой-то другой Один? – удивились хирдманы.
– Их разве было несколько?
– Но не мог же один и тот же бог править одновременно в Уппсале и в Асгарде!
– Почему не мог? Он же бог!
– Может, здесь когда-то было его святилище?
– Но почему здесь? Тут и людей-то нет, а на других островах в этой части моря живут эйсты, а не свеи.
– Но такой красивый островок, удивительный, уединенный очень подходит для жительства бога! – воскликнула Снефрид.
Она хорошо помнила, как уже виделась со Стариком и его семейством на похожем островке. Что если пройтись по нему – и снова наткнешься на каменную хижину, которая изнутри куда просторнее, чем выглядит снаружи, а возле очага сидят Старик со Старухой, поджидая своих сыновей-оборотней?
– Я слышал другое, – вступил в беседу Кетиль. – Что Один не похоронен на этом острове, а жил здесь во время своего изгнания из Асгарда.
Тут уже все удивились.
– Разве он когда-то оттуда изгонялся?
– Да кто же может изгнать самого Одина?
– Говорят, было дело. Я в точности не знаю, но слышал намеки. Что его изгнали оттуда на десять лет в наказание за то, что он колдовал, переодеваясь в женское платье… – Кетиль хитро покосился на Хлёдвира.
– Это все сказки! – надменно ответил Хлёдвир. – Очень надо Одину заниматься таким вздором!
Но Снефрид эта мысль показалась вполне правдоподобной – для жительства бога, изгнанного из Асгарда, этот необитаемый островок с его удивительными слоистыми берегами очень даже подходил.