Почему она здесь? Без Свенельда! Как это возможно и что это значит? Неужели все же… он встретил свою смерть, и его фюльгья…
– Кого ты увидела? – Сванхейд проследила за ее взглядом.
Снефрид не решалась ответить: а что если фюльгью видит только она? Та была почти такой же, какой вышла из вод Источника – миловидной, очень молоденькой, бледной, одетой в белое, только ее волосы были полностью убраны под белое покрывало.
Ответ Сванхейд подсказало смущение самой фюльгьи: та видела, что взгляд незнакомки устремлен прямо на нее.
– Разве вы встречались? – удивилась Сванхейд. – Вито привезли к нам четыре лета назад, совсем девочкой, неужели ты до того где-то ее видела?
– Ви… Как ты сказала, госпожа? – Снефрид с облегчением убедилась, что, по крайней мере, это видение доступно не ей одной. – Кто это?
– Это Витислава, жена нашего Свенельда. Ты знаешь Свенельда, вы ведь должны были встретить его на Волхове?
– Мы его встретили, конунг, – подтвердил Асвард.
– Это его жена… – прошептала Снефрид.
«Фюльгья», которую, оказывается, звали Витислава, смотрела на нее с настороженностью и беспокойством.
– Мне показалось… я уже ее видела раньше… приняла за другую, – пробормотала Снефрид.
Слава асам! Ее ввело в заблуждение внешнее сходство земной жены Свенельда с его «женой-двойником». Но совершенно не стоило выдавать свою способность видеть такие сущности, и Снефрид была рада отойти от престола.
Стола для женщин не имелось, только сама Сванхейд и та молодая печальная женщина – это оказалась Ульвхильд, дочь Олава от первого брака и уже, несмотря на юность, вдова, – сели с конунгом за особо внесенный для них стол. Прочие женщины, в том числе «фюльгья», удалились; та, выходя, все бросала на Снефрид тревожные взгляды. Снефрид посадили среди ее спутников-мужчин. Олав конунг поднял обещанные кубки, потом все начали есть. Постепенно завязался подробный разговор: Асвард и его товарищи поведали о войне между старым Бьёрном и его строптивым внуком, Сванхейд рассказала известную ей сагу о давней ссоре Бьёрна с его старшим сыном, Анундом, который женился без его позволения и поэтому Бьёрн не признавал троих сыновей от этого брака. В то время как Сванхейд, восемь лет назад, уехала из Свеаланда, чтобы выйти замуж за Олава из Хольмгарда, Эйрик уже проявил себя как «морской конунг», хотя главные его подвиги еще были впереди.
Снефрид молча ела, не подавая виду, что могла бы рассказать о ходе и причинах этих событий гораздо больше, чем ее спутники-мужчины. Порой она посматривала на Сванхейд и часто встречала ответный взгляд: между королевой и гостьей возникло некое взаимопонимание.