Автор
Медик переносится в тело офицера во время Русско-японской войны. На фоне военных действий на море разворачивается интрига о судьбе империи и внешнеполитических маневра. Герои и лидеры сталкиваются с непредсказуемыми событиями, предвещающими грядущие потрясения.
Похоже, «Японская война 1904. Книга четвертая» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Так мы сможем не допустить повторения истории с тем японским прорывом, — продолжал Ванновский, — а еще… Мне очень не нравятся наши потери! По некоторым направлениям разведчики потеряли до 50 процентов личного состава. Мы, конечно, проведем проверки, чтобы исключить злой умысел или некомпетентность, но… Я и так скажу, что, учитывая стоящие перед нами задачи, такие потери — это еще и немного. Вот только еще одно такое сражение, и у меня уже перестанет хватать опытных людей, а новых воспитать — это дело не то что не пары недель или месяцев, тут пары лет может не хватить.
— И у вас есть какая-то идея?
— Так точно! Помните тот воздушный шар, с которого мы пытались осматривать японские позиции?
— И который они сбили меньше чем за десять минут.
— И тем не менее, я считаю, что за такими шарами будущее. Если мы придумаем, как их правильно запускать, то сможем закрыть самое опасное для разведки направление. Контроль противника прямо во время боя!
— Так… — мне стало интереснее.
С одной стороны, воздушные шары казались мне пережитком прошлого и хотелось чего-то более серьезного, с другой… Иногда не стоит забывать, какой сейчас год!
— Я привлек капитана Жиркова, чтобы тот помог мне с расчетами по артиллерии, — Ванновский вытащил из внутреннего кармана лист бумаги, весь исписанный мелким аккуратным почерком. — Смотрите, у японских пушек угол возвышения ствола доходит до 30 градусов. Где-то можно и выше задрать, но тогда о точной стрельбе придется забыть, так что берем эти цифры. Если добавить дальность выстрела в 4 километра при таком уклоне, то получается, что их шрапнель достанет нас только на 577 метрах.
— С учетом разлета самой шрапнели давайте округлим до шестисот, — задумался я. — А что тот подбитый шар, на какой высоте он летал?
— Триста метров[1], — вздохнул Ванновский, — но это из-за полевых условий. Я ведь пообщался с полковником Кованько — это командир того самого воздухоплавательного батальона. Так-то обычные шары и на несколько тысяч метров могут подняться!
— Тут все зависит от размера шара, сколько в него водорода можно загнать, чтобы он и себя потянул вверх, и наблюдателя с корзиной, и все те канаты, которые ему улететь не дают. Но 600 метров Кованько точно сможет выдать! Мы как расчеты вместе посмотрели, как поняли, для чего нужно стараться, так сразу все на свои места и встало.
