– Я и мой племянник еще какое-то время будем в городе… на случай, если вы пересмотрите свое решение.
– Благодарю еще раз, но, пожалуйста, не стоит рассчитывать на мой звонок, – Кейн встала и протянула руку первой.
Увидев, что разговор практически завершен, Эмма направилась к их столику, но не успела и несколько шагов пройти, как ее нагнал Хуан Луи, преграждая путь. Он был весь в черном, отчего ладони его казались бледными, как мел, когда он поднял руки, останавливая Эмму игривым жестом.
– Эмма, разреши занять минутку твоего времени.
Лу был рядом, и Эмма чувствовала себя в достаточной мере защищенной, чтобы не звать Кейн на помощь.
– Что я могу для вас сделать?
Хуан рассмеялся и подошел ближе.
– Я весь вечер смотрел на тебя, так что это я должен был задать такой вопрос.
Лу тоже сократил дистанцию.
Эмма посмотрела на Кейн взглядом, выражающим опасение, потом кинула негодующий взгляд на Хуана.
– И как это понимать?
– Ты производишь впечатление женщины с большими аппетитами. Вот только не могу поверить, что этот голод может утолить другая женщина, – Хуан выдержал убийственно тяжелый взгляд Лу.
– Не думаю, что вас должны касаться какие-либо детали моей личной жизни, но могу утолить ваше любопытство, там все в полном порядке. И даже если бы чего-то не доставало, вы явно были бы последним человеком в мире, к кому бы я обратилась. И, просто чтобы вам спокойнее спалось, пожалуйста, зарубите себе на носу, что не следует вообще предлагать мне что бы то ни было. А тем более, не следует разговаривать со мной в такой манере. Однажды вам может не поздоровиться, если Кейн выйдет из себя, а характер у нее вспыльчивый. И иногда ее настроение целиком зависит от моего, – Эмма развернулась и, покачивая бедрами, направилась к столику, где ждала ее Кейн.
В спину ей донесся смех Хуана:
– Это не все, Эмма. Меня какой-то бабой не напугаешь.
Эмма все же расслышала этот обидный комментарий сквозь музыку и, не оборачиваясь, обронила:
– И еще кое-что. Меня зовут госпожа Кэйси. Это тоже постарайтесь запомнить.
На этот раз засмеялся Лу.
– Это уже совсем ни в какие ворота не лезет! – Джино изо всех сил хлопнул входной дверью. Он тащил Эрис от самой машины. Отловить ее удалось в баре, куда она уговорила водителя свернуть после ресторана. Джино был в ярости. Эрис подвернула ногу на лестнице, но боли не чувствовала, точно была в бреду.
Она поднялась на второй этаж и решительными шагами направилась в спальню, не желая больше выслушивать упреки и крики, которых ей уже хватило, пока они с Джино ехали в машине. Теперь у Эрис раскалывалась голова – ноющая боль в шее и затылке не предвещала ничего хорошего. Она услышала, как цокали по паркету подбитые металлом каблуки его дорогих туфель.