Автор
В заброшенном замке Идеальная Эльза находит свою реальную суть между тьмой ночи и ясностью дня, заставляя пересматривать свое прошлое и настоящую жизнь. Сотни лет назад она была обычной девочкой, а сейчас — хранительницей чужого секрета, ставящаяся на пути к неизвестности, что ждет ее впереди....
Похоже, «Идеальная Эльза» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Дорогая Эльза Лоттар, – выдавил из себя Кристиан и аккуратно заправил за ее ухо выбившуюся прядку волос, – если вы однажды узнаете, что тақое любовь, то и сами поймете, что пылко влюбленный юноша ни за что не покинет в подобной ситуации город.
Эльза прищурилась,и это никогда не предвещало ничего хорошего.
– Прошу меня простить, – холодно сказала она, – я забылась. Этого больше не повторится.
И она посторонилась, позволяя Кристиану пройти.
Величественный облик «Грандиса» всегда поднимал Кристиану настроение. Но сейчас сверкающий витринами магазин показался мелким и незначительным.
Когда-то Кристиану казалось, что это самое главное достижение в его жизни.
Вершина желаний.
Олицетворение гордости.
Дешевка.
Ρассердившись на себя за эту крамольную мысль, Кристиан сорвал плохое настроение на заведующем отделом перчаток. Потом довел до слез продавщицу из отдела ковров и добился того, что директриса магазина отвела его в стoрону и спросила, в чем дело.
Агнес Менгель начинала у Кристиана обыкновенной продавщицей, но ее ум и упорство позволили ей возглавить «Грандис».
Рассказывали, что однажды продавщица упала в обморок от однoго недовольного взгляда госпожи Менгель.
Кристиан уважал Агнес, и ее прямой и бестрепетный вопрос вдруг остро напомнил об Эльзе и их рaзмолвке.
И тогда Кристиан подумал, что не только Ганс несется к пропасти на всех парах.
"Миллион гульденов стоили жизни одного оборванца, тут Кристиан не корчил из себя моралиста.
Но они не стоили потери Эльзы Лоттар.
«Ты тряпка, Кристиан», - сказал он самому себе, ощущая бессилие и злость одновременно.
Для благотворительного фонда Катарина сняла небольшую конторку на пересечении Портовой улицы и бульвара Маргариток. Тонкая грань между двумя мирами.
Толкнув тяжелую дверь, Кристиан вошел внутрь и застал Гертруду Штайн, которая поила Ганса чаем.
Из соседней комнаты раздавался стук клавиш печатной машинки, и Кристиан прикрыл глаза, вслушиваясь в него, как в мелодию. Он узнал бы этот ритм из тысячи, потому что слышал его на протяжении множества лет. Это печатала Катарина.
– Эрре? – Ганс вскочил на нoги, едва не опрокинув булочки. Его уши были пунцовыми.
