В дождливой ночи Ирина открывает старую книгу, на которую падают капли дождя, словно копируя древние мессаги. За окном кипит лужица, а сиреневые листья на кустах подергиваются от звука шума и капель. Внутри тоненькой брошюрой в красный винный цвет Ирина найдет ответы на все вопросы....
Похоже, «Идеальная жена» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Привет, зятек, – сказал Гарафеев, наступая на бедного Вову, – ты один, надеюсь?
– Да, конечно, Игорь Иванович.
– Ну вот и хорошо. А я тебе привел жену.
– Папа… – Лиза осталась на пороге, но Гарафеев втянул ее внутрь и захлопнул дверь.
Он прошелся по Вовкиным апартаментам, обозрел обстановку. Интересно, это зять устроил за неделю такой свинарник или Лиза в рамках борьбы за женские права?
– Ну и срач, – сказал он.
Ребята переглянулись.
– В общем, Вова, садиться я не буду тут. Может, потом, когда приберетесь.
– Игорь Иваныч!
– Вова, ты когда у меня просил руки дочери и в загсе потом обещал заботиться о ней? Обещал! Ну так и выполняй свои обещания. Вы теперь семья, и решайте свои семейные проблемы сами, а родителям дайте для себя пожить. Все, Вовочка, ты законный муж, значит, твоя очередь терпеть, если ты мужик, конечно.
– Игорь Иваныч, но она…
– Что она, это ее дело, – отрезал Гарафеев, – а ты о себе думай, о том, ссыкло ты трусливое, или нет. Можно бороться за ваше общее счастье, а можно сразу поджать хвост и в кусты.
– Да почему я должен бороться…
– Да потому, что не существует на свете женщины, которая родилась, чтобы тебя ублажать. Можешь, конечно, потратить лучшие годы на ее поиски, но они будут безуспешными. Серьезно, ребята, ну что вы, как маленькие!
Гарафеев все-таки откинул разобранную постель и сел на краешек дивана:"
"– Хорошо, разведетесь вы. Не сошлись характерами, бывает. Мама твоя, Вова, обрадуется, скажет, найдешь ты себе еще.
– Папа, я к нему не вернусь, пока он не извинится.
– Ну хорошо, ночуй на улице, – засмеялся Гарафеев, – повторяю для непонятливых – это ваша семья, и ваши проблемы вы должны решать внутри своей семьи.
– Лиз, действительно, – буркнул Вова, – давай уже помиримся.
Она фыркнула и посмотрела в потолок.
– Семейная жизнь – это вам не какая-то прямо нирвана, – вздохнул Гарафеев, поднимаясь, – а совсем наоборот. Но вы уж держитесь. А я пойду.
