Беременная судья Ирина Полякова получает дело об убийстве талантливого врача Ульяны Тиходольской, которая убила своего насильника в целях самообороны. Общественность требует оправдания коллеги, но Ирина должна принять честный приговор, став втянутой в опасный конфликт между долгом и давлением.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Идеальная жена» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Беременная судья Ирина Полякова получает дело об убийстве талантливого врача Ульяны Тиходольской, которая убила своего насильника в целях самообороны. Общественность требует оправдания коллеги, но Ирина должна принять честный приговор, став втянутой в опасный конфликт между долгом и давлением.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Беременная судья Ирина Полякова получает дело об убийстве талантливого врача Ульяны Тиходольской, которая убила своего насильника в целях самообороны. Общественность требует оправдания коллеги, но Ирина должна принять честный приговор, став втянутой в опасный конфликт между долгом и давлением.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Идеальная жена» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
* * *– Психоанализ – это, конечно, очень хорошо, как наука, но как метод лечения, на мой взгляд, совершенно не работает, – сказала жена.
– Как скажешь, – пожал плечами Гарафеев.
– Будешь еще картошку?
Он не хотел, но зная, как Соня не любит выкидывать еду, протянул тарелку.
Жена бросила пустую сковородку в раковину и налила воды, чтобы отмокло.
Гарафеев сдобрил картошку горчицей.
– Например, аппендицит, – продолжала жена, видимо, репетируя завтрашнюю дискуссию на кафедре, а может, просто для того, чтобы не молчать, – мы же его просто вырезаем, и все.
– Можно и так сказать. Хотя правильнее будет – выполняем аппендэктомию.
– Не суть. В общем, мы же не заставляем пациента глубоко изучать этиологию и патогенез аппендицита в надежде, что от этого у него все как-нибудь рассосется. Просто оперируем, и все.
– И что ты предлагаешь? Мозг людям отрезать?
– Не передергивай. Просто лечение предполагает полезные действия, а не нытье, между тем с психоанализом люди только будут убаюкивать себя, и ничего не делать. Определенно, это не наш метод. Ты согласен?
Гарафеев понял, что это провокация, но все равно поддался:"
"– Если бы у нас не насаждали насильно атеизм, то твой Фрейд никому бы и так сейчас не сдался. Находили бы люди утешение в чем надо и в чем привыкли, но с тех пор, как в семнадцатом году власть захватили сама знаешь кто, иных методов вообще не осталось. Ни бога, ничего. Красное знамя только и три бородатых мужика.
– У тебя на все один ответ, – воскликнула жена, – другого я даже не ждала!
Гарафеев развел руками.
– Постоянно одно и то же! – жена резко поднялась и стала мыть посуду отрывистыми движениями, нарочно гремя. Вместе со словами получалось что-то вроде мелодекламации: – чуть что – проклятые большевики! И обои в коридоре тоже они тебе мешают подклеить? Комиссары в пыльных шлемах за руки держат и не дают?
– Сонечка, при чем тут…
– При том! Коммунисты во всем виноваты, прямо не продохнуть, со всех сторон обложили ваше дворянское гнездо! Ладно, учиться твоим предкам не дали, но обои-то!
– Ты же знаешь, что я не люблю это.
– Да дело не в том, что любишь или нет, а в том, что надо это сделать!
Соня наклонилась, убрала чистую сковороду в духовку, а дверца захлопнулась с противным скрипом. «Сейчас и за это огребу», – предположил Гарафеев и не ошибся.
– Тоже, видно, постарались большевики проклятые, – сказала жена, раскачивая дверцу плиты.
– Я подклею. Как буду посвободнее, так и подклею. И подмажу.
– А я как буду посвободнее, так и обед тебе сварю. Господи, Гар, да если бы я делала только то, что нравится, и в свободные минуты, ты бы уже давно умер с голоду и зарос грязью. А ты – пожалуйста! Обои клочьями – пусть, ничего. Розетка сломана – тоже нормально. Дверь в комнату не закрывается – плевать.
