В дождливой ночи Ирина открывает старую книгу, на которую падают капли дождя, словно копируя древние мессаги. За окном кипит лужица, а сиреневые листья на кустах подергиваются от звука шума и капель. Внутри тоненькой брошюрой в красный винный цвет Ирина найдет ответы на все вопросы....
Похоже, «Идеальная жена» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Сколько еще потребуется времени?
Ирина прикинула:
– Часа полтора-два.
Игорь Иванович покачал головой:
– Нет, это много.
– Слушайте, но иначе Ульяне Алексеевне придется ждать, пока я поправлюсь. Это сколько, кстати?
– При самом благоприятном течении недели три.
– Видите? Еще три недели в подвешенном состоянии, а она и так настрадалась.
Гарафеев пожал плечами:
– Но вы и так болеете уже около десяти часов, и, судя по клинике, у вас деструктивная форма.
– Что, простите?
– Лопнет, говорю, ваш отросток, и тогда это совсем другая песня. Обычный аппендицит это маленький разрез без общего наркоза и антибиотиков, вмешательство, которого ваш ребенок даже не заметит, а перфоративный – это уже перитонит во всей своей прелести. Подробности рассказать?
– Спасибо, не надо.
– Ирина Андреевна, профессиональный долг надо исполнять, но не такой ценой.
Ирина прислушалась к себе. Действительно, ощущение такое, что стоит ей посильнее кашлянуть, как в животе что-то лопнет, и что тогда? Многочасовая операция с наркозом, потом долгое лежание в реанимации, гора антибиотиков… После такого не останется шансов родить здорового малыша.
Ладно, поедет в больницу прямо сейчас, но как только минует опасность для ребенка, сразу соберет заседание и вынесет Ульяне Алексеевне оправдательный приговор.
Надо только председателя поставить в известность. И Кириллу позвонить.
* * *Стас попал в родительский дом как раз к позднему обеду.
Папа в последние годы обзавелся барскими привычками и изволил кушать в большой комнате, которую именовал то столовой, то гостиной.
Круглый стол на мясистой дубовой ноге был накрыт белой накрахмаленной скатертью, на которой тонкие тарелки костяного фарфора казались совсем прозрачными. В центре стояло блюдо с жареной курицей, вокруг соусники и прочая сервировочная мелочь, а в пузатом графинчике переливалась на солнце мамина фирменная клюковка.
В этом великолепии родители выглядели настоящими помещиками.
